Протянул руку, но так и не дотронулся. Не стоит ее будить, после всех приключений. Ари необходимо как следует отдохнуть.
Невольно улыбнулся, вспоминая фурию в летном комбинезоне с решительно сверкающую глазами и буквально пышащую пси-энергией. Она была так уверена в собственной правоте, в том, что поступает правильно. И как бы я ни сердился в тот момент, Ари была права. К тому же она не знала, какой Дастин ублюдок на самом деле.
Хорошо бы Адолфо забрал дочь из академии, пока Солары здесь. Надо будет убедить его это сделать. Вот только упертый Кастильеро ни за что не согласится отступить. Он не привык бегать от проблем, и учил тому же дочь. В этом они с Ари похожи. Она настоящий боец и не выносит снисхождения и проигрышей.
– Приходи завтра на мое занятие, Ари. Пожалуйста, – шепнул я, наклонившись к самому уху ее астральной проекции. – Не оставайся одна, любимая.
Немного успокоившись после ухода Рейна, встаю и запираю двери. Чтобы заблокировать все замки, довольно и голосовой команды, но я хочу большего. Мне важно ощутить себя в безопасности и побыть одной. Кисти рук окутывает голубое сияние, и я принимаюсь старательно формировать защитную сеть. Намечаю узлы, основные переплетения и шифр изменений. Резким движением рук рассылаю наметки структуры во все стороны и, не скупясь, подпитывая пси-энергией, как учила мама.
Повинуясь моей воле, охранная сеть сложного плетения разрастается и меняет очертания, пока не окутывает весь пентхаус плотным коконом, повторяя контуры стен. Обхожу все комнаты, придирчиво ее рассматривая, поправляю, где надо, усиливаю на окнах и двери, и только после замыкаю контур на пси-пароль. Дебора могла бы мной гордиться.
Мигнув, сеть гаснет, больше ее не видно невооруженным взглядом. Все. Через такую защиту не прорваться. Я надеюсь…
На миг одолевает слабость, и кружится голова. На плечи словно водрузили бетонную плиту. Сегодня я выложилась по полной. Сначала гонка, потом это… Реальность выжала меня до капельки, но осталось еще одно важное дело.
Запустив всех уборщиков разом, велю выполнить генеральную уборку. Здесь не должно остаться и чешуйки кожи этого мерзавца Дастина. Даже воздух, который он выдыхал, пропускаю через фильтр. Это мой пентхаус. Моя территория! Отправляюсь в душ, где с удовольствием избавившись от летного костюма, подставляю тело упругим струям воды и…
Ну почему, когда я здесь, все мои мысли сводятся к…
Воспоминания о решительном, почти карающем поцелуе Рейна еще слишком свежи. Ужасно хочется плюнуть на все условности и отправиться к нему. Ворваться в апартаменты, приложить к губам палец, запрещая болтать лишнее, и прижаться к груди. Ощутить надежные объятия… любимого мужчины?
Нет! Ни за что! Хватит с меня этого позора!
Вопреки всем мысленным настройкам тело не обманешь. Оно откликается на любую мысль об Аделхарде напряженными сосками, мурашками по коже, тянущей тяжестью внизу живота. Как он смотрел на меня… Память с удовольствием подсовывает картину как взгляд непроницаемо-темных глаз вспыхивает всеми красками космоса…
Врубаю ледяной душ на полную мощность. Струи уже не ласкают – иглами колют плечи и спину. Стучу зубами, но легче не становится. Желание словно засело внутри черепной коробки, и оттуда его просто так не изгнать…
Прекратив самоистязание, включаю горячую воду и продолжаю мыться, яростно до боли натираясь мочалкой. Закончив, закутываюсь в полотенце, второе наматываю на волосы. Спать. Здоровый сон – вот что мне сейчас точно поможет. От усталости и моральных потрясений отключаюсь моментально, стоит коснуться головой подушки, но даже во сне треклятый Аделхард меня не отпускает. Смотрит с тревогой…
– Не оставайся одна, любимая.
Во сне мне не нужно демонстрировать гордость. Во сне можно позволить себе быть мягкой и покорной.
– Не уходи. Люби меня, Рейн. Пожалуйста…
Он подается вперед и тянет меня к себе, почему-то разворачивая задом. Дает ощутить степень собственного желания. Бесцеремонно разматывает полотенце, в котором я так и улеглась в постель. Грубо сминает грудь и впивается губами в шею, будя обжигающее желание. Мужская рука накрывает лобок, пальцы скользят дальше…
Все не так, как я представляла. Грубее…Возмутительнее…
Вздрогнув, просыпаюсь и осознаю, что происходящее – не сон! Я действительно на четвереньках, и меня прижимают к определенно мужскому телу, а перед глазами свисают чужие пряди длинных волос, не оставляя сомнений, кто смеет меня так нагло трогать. От мерзавца так и несет крепким алкоголем…
Дастин Солар!
«Я слишком крепко сплю, – мелькает запоздалая мысль. – Так крепко, что не сразу отличаю сон от реальности. Определенно следует пересмотреть распорядок дня…»
Все это проносится в голове за долбаную долю секунды, после чего я наношу удар. Бью по-настоящему. Насмерть, как учил отец. Если этот ублюдок сдохнет, это только его проблема. Не хрен лапать потенциального ликвидатора! Не хрен трогать Кастильеро!
