Пси-удар отбрасывает голого мудака к стене. Ударившись об нее, Дастин падает на пол, и что-то тускло вспыхивает багрянцем у него на груди.
Это что еще за дерьмо? Медальон?!
Полсекунды на оценку ситуации: защита помещения уничтожена, обрывки разорванной и высосанной до капли астральной охранной сети едва заметно мерцают, подчиняясь моей команде, но тут же гаснут.
Ой-ей! Это же какая силища нужна?!
На миг даже теряюсь, не понимая, как подобное возможно. Тем временем Дастин, криво ухмыляясь, поднимается и вытирает кровь с уголка рта.
– Сопротивляйся, Арелия. Как можно сильнее сопротивляйся. Так победа будет слаще!
Миг, и он подле меня. Только что был по ту сторону комнаты, и уже здесь – на расстоянии вытянутой руки. Прыжок Аннунейры не в астрале, а в реальности?! Это, вообще, возможно?
И все же я готова.
– Враг! – ничком бросаюсь на пол, чудом увернувшись от руки Солара.
Он успевает прихватить лишь тонкую прядку моих волос, и голову обжигает болью, когда клок остается у него в пальцах, но я успеваю. В тот же миг все пространство комнат выше уровня колен прошивают многочисленные парализующие лучи. Самодельная и, конечно же, запрещенная технология. Зато страсть какая полезная в иных ситуациях.
Я установила ее еще в первые дни, когда ожидала подлянок от сокурсников, но так ни разу и не пришлось ею пользоваться. Студенты нашей академии оказались поумнее Соларов, и никогда ко мне не совались без спроса.
Дастин подвоха не ждет и получает ударную дозу. Застыв в нелепой позе со скрюченными пальцами и перекошенным лицом, шипит немеющим языком:
– С-сука!
– Стерва, – поправляю я его, выпрямляясь во весь рост. – Я – стерва Кастильеро, мразь! Запомни это как следует.
Бравада ни к чему, и я прекрасно понимаю, меня сейчас никто, кроме отца, не спасет. Не ректор. Не служба безопасности академии, не блюстители закона… Но до дома еще надо добраться, а я теперь никому не могу доверять, даже личной охране. Где гарантии, что людей не заменили?
Рейн фон Аделхард!
Схватив халат, бегом бросаюсь к выходу, и пофиг на гордость. Мои инстинкты выживания, привитые еще во времена жизни на Кантре, вопили, что игры кончились. Быть обесчещенной отпрыском Прайма Солара, весьма сомнительная участь, а я не сомневаюсь, что этим все и закончится, если не поспешу.
Парализовать Дастина должно было часа на три, но обернувшись, вижу, как он двигается! Медленно, точно в паутине, но двигается, раздери меня стая бешеных канисов!
Что не так с этим Соларом?!
Побив все рекорды скорости и распугав роботов-уборщиков, выполняющих ночную работу, оказываюсь перед дверью апартаментов Рейна фон Аделхарда, но не успеваю прижать ладонь к отпирающему сенсору, как та сама отходит в сторону.
– Ари? – удивленно вскидывает брови Рейн. – Это превращается в традицию.
Он раздет до пояса, черные волосы мокрые, и один завиток игриво перечеркивает нахмуренный лоб… Не засмотреться рельефной, точно античные статуи, фигурой мужа просто невозможно. Опомнившись, оглядываюсь через плечо, проверяя, не идет ли следом Дастин, но коридор пока пуст.
– Может, пригласишь меня внутрь?
– Конечно, – отвечает муж, но и не думает отойти в сторону.
Я спешу убраться из коридора и впечатываюсь в него. Рейн инстинктивно подхватывает меня за талию, и я оказываюсь в его объятиях, прямо как мечтала в душе. Долгое мгновение мы смотрим в глаза друг другу…
– Ты дрожишь, – констатирует муж и пропускает меня внутрь своего жилья.
Сам не заходит, внимательно осматривая коридор и позволяя мне украдкой любоваться его спиной, широкими плечами, крепким задом… Я все еще под влиянием эротического сна, и даже происшествие с Дастином не охладило моего пыла. Наоборот…
Взгляд в сторону спальни подсказывает, что мой Рейн еще не ложился, даже постель не разобрана, а ведь глубокая ночь. Чем он был занят? Когда муж поворачивается, отмечаю темные круги у него под глазами. Беспорядок на столе говорит о том, что он работал, когда я пришла. На многочисленных развернутых инфопанелях развернуты какие-то досье, фотографии и документы, но едва я пытаюсь присмотреться, как Рейн сворачивает все разом небрежным взмахом руки.
– Ты по мне соскучилась, или что-то случилось? – интересуется он, улыбнувшись одним уголком рта.
– Нет! Да… В смысле, да. Что-то случилось.
– Боюсь даже предположить… – Рейн замолкает на полуслове. Протянув руку, он отводит в сторону волосы. – Что это?
Его голос разом теряет легкую игривость.
– Где?
Принимаюсь вертеться в поисках зеркала, и спешу в ванную. Когда Рейн входит туда следом за мной, я с негодованием и ненавистью разглядываю наливающийся синевой засос.
– Я уничтожу его! Он пожалеет, что посмел посмотреть в мою сторону! – выдаю ледяным тоном, а внутри извергается настоящий вулкан ярости.
– Кто это сделал Арелия? – спокойно интересуется Рейн.
А воздух в помещении словно становится гуще, и в глазах моего мужа клубится карающая тьма. Не успеваю ответить, как раздается сигнал, оповещающий о госте.
– Дастин Солар! – мне вдруг становится не по себе.
