– И документ соответствующий имеется?
Повисла пауза. А потом заикающийся голос Архиповой произнес:
– К-какой документ?
– Паспорт животного. У вас он имеется? Вы где собаку взяли? Украли?
– Нет! – взвизгнула женщина.
– Вот. Не украли, значит, купили и есть документ. Я хочу взглянуть.
– Нет!
– Что – нет? Нет документа или не покупали?
– Не покупала. И документа нет. Лиза мне в наследство досталась от соседки. Та, бессовестная дрянь, животное довела до ужасного состояния. Бедная собака голодала. Мы до сих пор с ней на учете у ветеринара находимся. – Было слышно, как тяжело, с присвистом дышит Варвара Ильинична.
– Вам плохо? – обеспокоилась Агата. – У вас астма?
– Да… – после непродолжительной паузы произнесла женщина. – Аллергией на животных страдаю с детства. Вот даже пришлось в ущерб собственному здоровью собачку к себе в дом взять.
– А бессовестная хозяйка где? Кажется, вы что-то говорили о наследстве? Она умерла?
Архипова еще тяжело повздыхала, а потом рассказала чудовищную историю о дорожно-транспортном происшествии с Настей.
– Накануне у них вечеринка была. Напились все. А на другой день она за руль села. Ну и не справилась с управлением, – закончила она.
– А у нее что же, родственников не нашлось?
– Почему же? Были и есть. Только никому бедная Лиза не нужна оказалась.
– Хм-мм… – Агата встала и заходила по комнате. – Странно… А у меня другая информация.
– Какая? – с вызовом воскликнула Варвара Ильинична. – Ну, какая у вас информация?
– Такая, что первая хозяйка Лизы, которая отдала собаку своей сестре, вашей соседке, собиралась забрать ее с собой за границу. Но вы на коленях стояли и плакали, умоляя собачку оставить. Вам якобы после потери соседки и так тяжело. А если еще и собаку заберут, вам вообще конец. Было так?
В ответ тишина.
– Возвращаемся к вопросу о вашем незаконном обогащении и неуплате налогов с прибыли.
Снова тишина.
– Мне совершенно точно известно, что за фотосессию с собакой вы сдираете с девушек и иных желающих по две тысячи рублей. По полторы, если фото делается в местном парке. По две – если приходится выезжать за город, на природу. И по тысяче рублей, если фото делается у вас дома. И не смейте отрицать, гражданка Архипова! У меня уже есть показания свидетелей. Сейчас вам придется проехать со мной и дать признательные показания.
– Я оплачу! Оплачу налоги! И зарегистрируюсь, как надо, – захныкала Архипова. – Зачем признательные показания? О чем?
– О том, что вы отравили Настю, заставив ее выпить витаминный будто бы коктейль в присутствии гостей. – С этими словами Сергей вышел из темноты прихожей. – Чего вы хотели? Убить ее? Отравить? Старое чудовище! Сначала обирала Настю. Все денег было мало на корм. А потом вовсе решила ее убить!
Архипова, от неожиданности севшая прямо на пол с открытым ртом, принялась переводить взгляд с Агаты на Сергея и обратно и грозить пальцем.
– Я все поняла, – выдавила она через минуту, и голова ее затряслась. – Вы заодно! Шайка аферистов! Вымогателей! Завистники! Собака вам понадобилась? Решили сами деньги сбить! Да забирайте! И катитесь к чертовой матери! И не докажешь ты, гад, никогда! Никогда и ничего не докажешь! Убирайтесь!..
Она поперхнулась собственной слюной и закашлялась. Лицо побагровело. Агата, честно, запереживала. Не хватил бы старуху инсульт. Они тут нелегально. Проникли обманом. Архипова может нажаловаться, и тогда ее лицензии частного детектива конец. Надо удирать, пока не поздно.
Но Сергей вдруг принялся звонить своим коллегам. Через полчаса в квартиру ввалился участковый, эксперт из их отдела и Глеб. Не обошлось и без понятых.
Конечно, никакого ордера у них не было. Но Глеб неожиданно выудил какую-то статью из УК, зачитал ее всем. Сказал, что они в квартире по заявлению от настоящей хозяйки собаки, у которой ее украли. Или увели силой, что одно и то же. Им всем просто необходимо провести осмотр с целью обнаружения украденного животного.
Животное нашлось. И снова в спящем состоянии. Эксперт предварительно определил, что собаку регулярно чем-то опаивали, чтобы она не выла, не скулила и не пыталась вырваться во время фотосессий.
– Но анализ крови покажет точно. Вы тут заканчивайте. А мы… – Сергей нежно гладил сонную Лизку между ушами. – А мы на карантин. Да, и поищите у хозяйки препараты, которыми она опаивала собаку. Сильно сомневаюсь, что ветеринар подобной дрянью рекомендовал пичкать…
Нашлись и капли, и микстура, которую Сергей несколько дней назад сфотографировал на полках холодильника Архиповой. Все изъяли. Ей предложили проехать в отделение.
– Для выяснения обстоятельств, – вежливо сказал Глеб, когда она попыталась возмутиться.
– Ничего у вас не выйдет, – прошипела она, усаживаясь в служебную машину. – Ничего!
Он уже считал себя почти профессионалом, не бестолочью – точно. Агата помогла ему в этом. Она как-то быстро, буквально парой незатейливых слов заставила его поверить в себя. Его самооценка повысилась настолько, что он вдруг взял под сомнение выводы полиции и решился сделать собственные.
