Цена разрушения полностью

Неделю спустя, на Рождество 1936 г., Геринг объявил, что предприятия люфтваффе переводятся на мобилизационный режим. Закупки следует осуществлять без оглядки на бюджет Министерства авиации. Рабочие немецких заводов, имеющие подготовку в сфере авиационного производства, должны занять места, зарезервированные за ними на случай войны[641].

Если управление гражданской экономикой в целом по-прежнему находилось в руках Шахта, то Геринг создал новую организацию для реализации целей, обозначенных в Четырехлетием плане[642]. Ее главные фигуры – такие, как полковник Фриц Лёб, один из архитекторов развития люфтваффе, – были набраны из военных кругов. В ее состав входили и партийцы – например, Герберт Бакке, на которого в дополнение к его службе в Министерстве сельского хозяйства была возложена ответственность за сельскохозяйственную сторону Четырехлетнего плана, или гауляйтер Йозеф Вагнер, ответственный за контроль над ценами и заработками. Наконец, в этой организации числились также ближайшие помощники Геринга, такие как Эрих Нойман, прусский карьерный служащий, в рамках Четырехлетнего плана заведовавший валютными вопросами. Кроме того, Геринг мог опереться на многочисленных специалистов, с 1934 г. участвовавших в различных программах по достижению экономической самодостаточности. Руководство научно-исследовательскими и опытно-конструкторскими работами в отделе сырья, возглавлявшегося Лёбом, было поручено Карлу Крауху, ведущему специалисту IG Farben по синтетическому топливу. Пауль Плейгер и Ганс Керль, преданные члены партии, были рекрутированы из штата сотрудников Вильгельма Кепплера, чтобы отвечать за металлы и синтетические ткани соответственно. Эти люди проявили себя в первые годы существования режима и многие из них поддерживали тесные личные отношения друг с другом[643]. Хотя бюджет Четырехлетнего плана был несопоставим с расходами, замышлявшимися армией и люфтваффе, инвестиции, запланированные новой организацией Геринга, все равно достигали колоссальных объемов. К концу 1937 г. перспективный инвестиционный бюджет Четырехлетнего плана приблизился к 10 млрд рейхсмарок[644]. В целом на План в 1936–1940 гг. должно было приходиться где-то от 20 % до 25 % всех инвестиций в германской экономике. Цель этих расходов заключалась в том, чтобы вдвое снизить стоимость германского импорта путем создания мощностей по производству сырья на сумму порядка 2,3 млрд рейхсмарок, или примерно 5 % от всего германского промышленного производства.

Разумеется, Четырехлетний план возник не на пустом месте. В 1934–1936 гг. Ганс Керль уже создал новый завод по производству штапельных волокон (Zellwolle) с годовой производительностью в 45 тыс. тонн. Будучи бесцеремонно мобилизованным на выполнение Четырехлетнего плана, Керль поставил перед собой новую цель – достигнуть к 1940 г. годовой производительности в 160 тыс. тонн[645].

ТАБЛИЦА 5.

Четырехлетний план: предполагаемые объемы расходов

В свою очередь, Карл Краух отвечал за увеличение производства синтетического топлива, к 1936 г. уже достигшего уровня в 1,78 млн тонн. Но это покрывало внутренние потребности всего на 34 %, поскольку одновременно в Германии возросло и потребление топлива[646]. Теперь же Гитлер потребовал, чтобы Германия в течение полутора лет достигла самодостаточности в сфере моторного топлива. Для решения этой задачи следовало срочно увеличить мощности по производству синтетического топлива на 1 млн тонн. В течение четырех лет Германии предстояло стать независимой от всякого импорта топлива, доведя объемы отечественного производства до 5,4 млн тонн. На достижение топливной самодостаточности отводилась львиная доля всех ресурсов, инвестировавшихся в рамках Четырехлетнего плана. Но Краух хотя бы мог опираться на технологии, используемые по крайней мере с конца 1920-х гг. Единственной сферой, в которой в 1936 г. замышлялся настоящий технологический рывок, являлось производство синтетического каучука[647].

ТАБЛИЦА 6.

Каучук и железная руда: два приоритета Четырехлетнего плана, тыс. т

В сентябре 1936 г., на момент выступления Гитлера на нюрнбергском съезде, еще нигде в мире не существовало технологий по производству высококачественного синтетического каучука в промышленных количествах. В 1936 г. общее производство синтетического каучука «буна» на заводах IG Farben не превышало нескольких сотен тонн, экспериментальный завод в Шкопау, рассчитанный на производство всего 2500 тонн в год, еще строился, немецкие военные еще не одобрили «буну» в качестве приемлемого материала для шин, а производители шин еще не придумали, как обрабатывать этот материал. После преодоления этого обескураживающего списка проблем предполагалось поднять объемы производства в Шкопау до 24 тыс. тонн в год, а затем в течение следующих четырех лет приступить к строительству еще трех заводов по производству «буны».