Но, в то время, когда орудия главного калибра три минуты перезаряжались, и расчеты банили орудие, заряжали сперва снаряд, а затем заряды пороха в шелковых мешочках, то орудия среднего 6- дюймового калибра японских крейсеров вели убийственно точный огонь, пытаясь получить такую желанную и такую близкую победу. На «Чаоюне» оказалось выведено из строя кормовое орудие главного калибра, а на «Янвее» сбита дымовая труба, и выбита носовое орудие – монстр, у него от прямого попадания в ствол, его погнуло, а осколками посекло расчет. Теперь канонерка могла отвечать японским пиратам, только огнем двух своих 4,7-дюймовых орудий.
И пара 4,7-дюймовых снарядов поразила опять попавший под раздачу «Такачихо», еле справлявшийся с повреждениями в корме корпуса. Один 40-фунтовый снаряд поразил надводный борт, впрочем, не доставив особых проблем, а второй угодил в щит кормового 10-дюймововго орудия, и если наводчику и заряжающему ничего не угрожало, то двух подносчиков унесли на носилках.
В ответ средний калибр японских крейсеров, явно вышедший на главную роль и теперь вколачивающий снаряд за снарядом в небронированные борта Фуцзяньских мореходных канонерок, добился еще попаданий, хоть и противник оказался повернут носом, ведь три крейсера описывали циркуляцию, теперь оказавшихся практически лишенных хода двух канонерок. Канонерка «Чаоюн» и без того зарывавшаяся носом в море, и наводившая 10-дюймовое орудие на пределе угла возвышения, и мечтавшая всадить в «Идзуми» золотой снаряд62, сама получила с него несколько 80-фунтовых «подарков» с носовых румбов и заставивших орудие замолчать. Крейсер-канонерская лодка «Янвей» тоже получил три снаряда среднего калибра в свой наглый нос, и ответить толком ничем не мог, став разворачиваться из последних сил левым боком пытаясь, во-первых, поразить японцев огнем среднекалиберной артиллерии, а во-вторых, уйти поближе к берегу, и там или затопиться, или даже спастись.
Но самое главное, что смогли сделать две большие японские канонерские лодки английской постройки, лишенные уже всех своих мощных орудий в неравном противостоянии, так это отвлечь внимание японских моряков, от двух маленьких алфавитных канонерских лодок, которые этими орудиями обладали.
Фото 28 – Цинские канонерки. Рисунок с натуры.
И моряки империи Великой Цин, успевшие прогреть стволы в ночной темноте, и даже почувствовавшие запах крови, путем попадания в головной крейсер противника. Добрались наконец на своих маломощных машинах в 250 лошадиных сил, на пределе своей десятиузловой скорости, в полной решимости покарать японских агрессоров и отплатить за своих полыхавших и затонувших товарищей, а самое главное за поруганную честь империи, которой они служили, и эти слова небыли пустым звуком. Но самое главное офицеры на канонерках «Фушен» и «Цзяньшен» были охотниками, а их психология разительным образом отличается от просто военного, который что-либо защищает, обороняется и делает массу других непонятных дел. То здесь капитаны собственноручно поймали в прицел своих мощных 11-дюймовых орудий, отлично понимая, что залп по неприятелю им удастся сделать всего один, ну на край, если у японских моряков разъело глаза от дыма, то два, но не более. И оба защитника попранной чести выстрелили.
Для контр-адмирала Того, подобный залп из полосы тумана стал полной неожиданностью и если крупнокалиберный снаряд одной из канонерских лодок, этаких плавающих лафетов прошел в опасной близости от флагманского крейсера «Нанива», то второй со всей своей кинетической мощью обрушился на переднее левое 6-дюймовое орудие, и не только взорвался, но и вдавил в борт сам барбет, на котором оно было расположено. Это было для японского авангарда, составленного только из трех бронепалубных крейсеров уже слишком. Мысли в голове контр-адмирала пронеслись с неимоверной скоростью: «Сколько еще у Фуцзяньской эскадры канонерских лодок? Даже если я потоплю эти две которые дали залпы, нет гарантии, что нас не застанут еще две, и не всадят свои мощные снаряды мне под бронепалубу. Это они у дома, а нам еще добираться до ближайшей нашей базы в Хайфоне пятьсот миль».
– Полный ход! Прекратить бой! Идем на базу! – скомандовал контр-адмирал Того, и уже обращаясь к капитану крейсера Цуноде Хидэмацу: «Мы славно сражались, уничтожили флагманский корвет и вооруженный транспорт, остальные два корабля загнали на береговые отмели, где они повредили свои днища. А два современных, толи крейсера, толи канонерские лодки повредили до потери боеспособности».
– Как прикажете адмирал! – ответил капитан крейсера, а сам подумал: «Действительно есть что доложить маркизу Ито и командующему Кавамуре, успех на лицо, а повреждения минимальны, лучше нам убираться отсюда, пока Цины все свои канонерки сюда не пригнали».
