Идти было больше получаса, и мысли о Михаиле вернулись. Он всегда такой вежливый и правильный. Казалось, он даже знает, о чем я думаю и хочу его спросить. Такой тип людей самый непредсказуемый. Он может прочитать любую перемену в настроении собеседника через жесты или взгляд, хотя сам будет безэмоциональным даже в сложных ситуациях. Я всегда относила себя к таким людям и отмечала, что с нами очень тяжело работать. Киря в шутку называл нас «эмоциональными инвалидами». С другой стороны, Михаил вряд ли мог бы убить брата своей «звезды» и покалечить его самого. Во-первых, невыгодно ему это. Во-вторых, был постоянно на глазах у той же Леры.
Как только пришла домой, то все планы как-то резко отошли на второй план. На меня навалилась сильная усталость, и я твердо решила, что этой ночью точно буду спать.
– Саша, что с телефоном? – Старший лейтенант Борисов без стука залетает в кабинет и смотрит на мужчину с красными глазами. – О, смотрю, тебе это больше пригодится.
– Благодарю. – Стасюк одним большим глотком осушает стакан с горячим кофе наполовину и передает несколько распечаток. – Если коротко, то аккаунт не новый. Номер, к которому он привязан, не определяется.
– Что это значит?
– Скорее всего, зашифрован одним из тысяч кодов, но возможно, что сим-карта иностранная, вот и не определяется.
– Если это код, сможешь разобраться?
– А смысл? Даже если доберусь до цифр, процентов девяносто, что он оформлен не на преступника. Он уж слишком хорошо маскируется и подстраховывается.
– Нашел что-то в переписках?
– Могу отметить очень грамотную и аккуратную речь. Ни одного лишнего слова про себя. Кратко и по сути. Редко встретишь такого преступника.
– Может, заметил какие-то особенности?
– Особенности? – Стасюк прохрустел затекшей шеей. – Пунктуальность и четкое выдерживание временных рамок. Он всегда писал в одно и то же время, с точностью до минуты. Если Котова долго не отвечала, его это сильно злило.
– И все?
– Да, потому что почти весь диалог построен по схеме «вопрос – ответ». Преступник не уходил в лирику и не рассказывал о себе. Даже странно, что Котова вообще поверила ему.
– Кстати, он перевел деньги?
– Нет, и очень сомневаюсь, что переведет.
– Какая ирония. Пойду отправлю информацию Татьяне Александровне, а то она меня потом съест.
– Я уже это сделал.
– Оперативно, однако. Не зря ты тут живешь. Слушай, а можешь еще…
Пока Борисов снова загружал Стасюка задачами, я, лежа в кровати, читала переписку Котовой и преступника. Чем больше я вчитывалась, тем заметнее было их сходство с Валерио. Легкая надменность в словах, пренебрежение и постановка себя выше собеседника и, конечно же, нетерпимость ожидания – перечисляя эти качества, не сразу понимаешь, о ком говоришь. Возможно, у них намного больше общего, чем казалось. Это может помочь мне в поиске новых подозреваемых. Но чтобы начать поиск новых, сначала нужно было разобраться со старыми.
– Почему преступник решил действовать именно через Котову? Случайность или он знал, что она не откажет? Харитонов мог счесть его предложение в лучшем случае глупым розыгрышем, а в худшем – сообщить в полицию. Даже за большую сумму он бы не стал рисковать делом его семьи, а вот молодая секретарша, которую совсем недавно взяли на работу, очень даже.
Надо отдать ему должное, работает он и вправду очень быстро, да и даром убеждения не обделен. Котова стала разменной монетой для очередного послания для Валерио. Кстати, об этом послании. Оно ведь было оставлено уже после того, как все ушли. Как назло, к этому времени я уже собрала все камеры. Кто же знал, что преступник вернется? Хотя внутри стадиона должны быть свои камеры.
Я тут же позвонила Харитонову и спросила, могут ли они предоставить записи. Он быстро согласился, но сказал, что в день концерта были перебои с электричеством, так что записи будут прерываться.
– Было ли преступнику об этом известно? – Я расхаживала по комнате кругами и размышляла вслух. – А что, если он и был причиной этих перебоев?
В голове родилась одна вполне правдоподобная теория. Гримерка была закрыта на ключ. Преступник отключил свет, проник в гримерку через потайную дверь, оставил послание и ушел. А попав на другую сторону сцены, как и я через какое-то время, он включил свет, и из-за этого дверь закрылась. Оставался вопрос: как он не оставил следов на пыльном полу, потому что Борисов упомянул об отпечатках только одного человека? Версия Борисова с обсыпавшейся штукатуркой? Ну да я все равно собиралась вечером наведаться на стадион. Как раз нужно будет забрать записи у Харитонова. А до этого времени я решила занять себя поиском видеоматериалов с прошлого концерта Валерио. Много чего можно было найти на его официальном сайте, но там в основном все уже прошло через руки монтажеров, и то, что им показалось ненужным, было вырезано. Красиво, но бесполезно.
Моей следующей остановкой стали сообщества и группы, посвященные Валерио и его творчеству. Там я нашла множество видео, как с первых рядов, так и позади, где была видна вся сцена и даже частично то, что происходило за кулисами.
