Шли годы, детей у них так и не было, радовали маленькие комнатные собачки и светлое, тёплое отношение друг к другу. Но Лариса всегда жила под страхом, боялась, что муж утонет, поэтому и не пускала его с друзьями, ни на рыбалку, ни на охоту. Бывало, узнает, что его друзья на рыбалку сманивают, пойдёт самой дорогущей рыбы купит, вот ешь, но на рыбалку не пущу. Также и с орехами делала, вёдрами брала — щелкай, сколько хочешь, только шишковать не ходи. Думала, вдруг река рядом с лесом, и кто знает… У неё был страх, с которым она жила. Они даже ни разу за свою совместную жизнь не съездили к морю.
— Нет-нет, никакого моря.
— Да не уплыву я от тебя никуда и никогда.
Их любви мог бы позавидовать каждый, в большом достатке, в мире и согласии жили, полная идиллия, так поведала мне подруга Ниночка. Но однажды, придя из магазина, Лариса обнаружила мужа в ванной мёртвым. Захлебнулся водой.
— Доброго дня, Валентина, — я услышала волнующий незнакомый голос в телефонной трубке.
— Доброго, — но я не могла понять, с кем общаюсь.
— Я, Юрия Максимова жена, Надежда Анисимовна, — представилась она, — с печальной новостью к вам: Юрий умер.
В трубке повисла тишина. Юрий мгновенно всплыл в моей памяти, это был очень скромный, воспитанный, безупречный человек. Волнение накатило и на меня, как жаль, что такие люди, как он, уходят в мир иной, жить бы да жить им вечно, но в моей-то памяти он точно останется навсегда. «Как же ей его будет не хватать», — подумала я и успокаивающе продолжила общение, предложив свою помощь.
— Нет, Валентина, помощь нам уже не нужна, а вот на прощание мы вас приглашаем. Он часто вспоминал Александра Ивановича Панова и вас тоже.
— Конечно-конечно, мы обязательно придём.
И я записала, в каком храме будет отпевание. Тут же перезвонила Александру, поделилась печальной новостью и где и когда будет прощание. Где находится Троицкая церковь, честно сказать, я не знала, в Томске много храмов, и лишь в некоторых из них я была. С Александром встретилась в назначенном месте и быстро пошли в нужном направлении. Почему быстро? Да потому, что в этот день, как назло, ударил мороз.
— Саша, а мы точно идём туда?
— Ну да, ты же мне сама сказала: Троицкая церковь, вон она совсем близко. Купола церкви действительно уже виднелись, и совсем скоро мы чуть было не зашли в неё, но, подойдя ближе, вывеску увидели другую. Увы, всё-таки мы попутали, пришли не туда, но время позволяло, и хорошо, что церкви друг от друга находились недалеко. Однако когда пришли, уже шла панихида по усопшему, люди стояли с зажжёнными свечами, и хотя мы с Александром у Юрия дважды были дома, из близких ему людей я никого не узнавала, народу было немного, скорее всего, самые родные, время такое, все в масках. Дожили, думалось мне, даже с человеком нет возможности нормально попрощаться. Юрий не выходил у меня из головы, вспоминались тёплые встречи в лито, он всегда был застенчив и скромен, не выпячивался, читал свои стихи и небольшие рассказики тихо, с интонацией, мы все прислушивались и создавали полную тишину, так как было интересно, познавательно, поучительно. Из каждого его произведения вырисовывалась картинка, умел донести свои чувства до читателя. Очень тепло отзывался о своей жене Надежде, детях и внуках. Юрий с Надеждой прожил полных шестьдесят лет, их крепкая семья была примером для друзей и соседей. И вот совсем скоро закроется крышка гроба, и Юрия не будет рядом с его близкими и родными, он навсегда останется в их памяти как замечательный муж, отец, дедушка.
