Архан ловко развернул толстяка, застегнув на его запястьях блокирующие магию кандалы. Так, на всякий случай. Пока он его осматривал на предмет скрытых артефактов и магических печатей, королевская гвардия оттеснила от них местную охрану, взяв в «коробочку». Над головой поднялись щиты. Гвардейцы не доверяли местным, считая себя на вражеской территории. И правильно делали, ведь так оно и было. Взятая из дворца прислуга, охранять которую никто отдельно не собирался, боязливо семенила следом, опасливо озираясь по сторонам.
Дворец оказался обставлен по-ашмарски вычурно, что еще больше испортило Ренану настроение. Это был его новый дом, в котором успел похозяйничать представитель вражеского государства!
Звонкие шаги закованных в латы гвардейцев утонули в толстых коврах, все стены были увешены пошлыми картинами совокуплений. В ашмаре это считалось искусством. По воздуху разносился тяжелый приторный запах ашмарских благовоний и дыма курительного наркотика, состоящего из смеси местных древесных смол и опиумных трав. Хусим ни в чем себе не отказывал.
– Куда прикажете дальше, Ваше Высочество? – спросил капитан охраны, с прищуром изучая почти незаметные бойницы в стенах. Зиргрин тоже их заметил. Засевшие там стрелки с арбалетами терпеливо дожидались удобного случая, чтобы спасти своего нанимателя.
– Отец сказал, что выбрал вас в мою охрану из-за того, что вы уже служили когда-то в Рузминском дворце. Вы должны знать, что здесь находится, так что прокладывайте путь к королевским покоям на ваше усмотрение, капитан.
– Слушаюсь, Ваше Высочество.
Сам королевский дворец имел форму подковы, где центральная часть смотрела в сторону раскинувшегося внизу города, а одна из дуг проходила точно по краю скалистого обрыва. Разумеется, королевские покои оказались именно в этом крыле. И, к несчастью Ренана, окна выходили на океан с ярящимися далеко внизу волнами, раз за разом разбивавшимися об острые скалы. Зрелище поражало своей торжественностью, но одновременно спровоцировало у принца острый приступ фобии. К счастью, Зиргрин заметил, что его хозяин начал задыхаться, до того, как заметили другие. Он бросил на заваленный подушками пол плененного Хусима, после чего задернул тяжелые портьеры, погрузив тем самым гостиную в полутьму.
Где бы устроился многоуважаемый работорговец, в ведении которого оказался целый город? Конечно же, Хусим жил в королевских покоях. А пройдя через не активированный, а, значит, пропускавший всех, портал своего нового жилища, архан обнаружил в нем немаленький такой гарем из трех десятков рабынь.
Вопрос с Хусимом как-то сам собой отошел на второй план. Очевидно, Ренан не особенно верил, что без толстяка не сможет управиться с расхлестанным, но все еще входящим в состав королевства городом.
Конечно, Рузмин не был единственным портом страны. Имелось еще четыре города побольше, в двух из которых размещался королевский флот, а также имелись доки для строительства и ремонта военных и гражданских кораблей. Что случилось с некогда бывшими в Рузмине доками – лучше не спрашивать.
Пока гвардейцы, временно пропустив в покои принца слуг, заняли оборону, Ренан осматривал свое новое жилище, немедленно взявшись раздавать приказания. По всему выходило, что несчастной прислуге предстояло выбросить все, что только можно оторвать и выбросить, включая шелковые обои, пропитавшиеся запахами благовоний и курительной наркоты. Когда Зиргрин выгнал из своих комнат стайку полуголых девиц, с ужасом косившихся на мрачную темную фигуру, это вызвало серьезный переполох. Ренану пришлось срочно решать, что с ними делать. Толстяка заставили под угрозой расправы передать управление гаремом сильно смущенному таким поворотом личному лакею. Этого идеально выбритого чопорного мужчину принц сам выбрал в свои будущие управляющие. Первое правило королевского переезда: всегда забирать с собой собственного повара, горничных, гвардию и управляющего. Всех остальных найти можно на месте. В конце концов, Ренан ведь не только владетель Рузмина, но и нескольких сопредельных крупных городов с рядом мелких дворян, должных перейти под его руку. Набрать людей не проблема. Но до тех пор, когда можно будет себе позволить объехать новые владения и разбираться в различных управленческих мелочах, требовалось установить над Рузмином хоть какое-то подобие власти.
– Тень.
Зиргрин приблизился к сумрачно вышагивавшему вдоль стены принцу.
– Ты можешь определить, есть ли у этого ашмарца маги?
Архан показал четыре пальца.
– Четверо? Когда ты успел их найти? А, неважно. Доставь всех четверых мне. Или они дадут клятву верности на крови, или умрут.
