Схватившись ногтями за выступавшие из плеча звенья, она потянула эту мерзость из своего тела. Шипы паладинской цепи резко удлинились, ей стало казаться, что она заживо выдирает из себя не только жилы, но и душу. Боль была повсеместной, в глазах поднялась алая пелена, угрожая погрузить сознание в беспамятство. Но Иллит не останавливалась. Звено за звеном артефакт выдирался из тела, но с каждой секундой боль становилась все сильнее. Казалось, что она вот-вот умрет…
«Остановись, идиотка! Немедленно прекрати, ты же убьешь нас!» — в голове раздался панический голос Наргота, но она его не слушала. Она привыкла его игнорировать. С того самого дня, как узнала от шамана, что он даже не собирался исполнять свое обещание разделить их личности, Иллит полностью игнорировала любые слова Твари Хаоса.
Высокая узкая дверь распахнулась. В комнату, где она проснулась, ворвались какие-то люди. Они что-то кричали, но сознание Иллит просто не воспринимало ничего, полностью сконцентрировавшись на изъятии из своего тела этой светлой дряни.
Вокруг все осветилось золотистым светом, чьи-то крепкие руки попытались оторвать ее изодранные золотистыми шипами пальцы от цепи, но не смогли этого сделать. В конце концов в затылке вспыхнула боль, а сознание все-таки померкло.
— Ф-фух, — устало произнес крепкий высокий мужчина с золотистыми волосами, устало падая на пол. — Еще бы немного — и она сама себя бы уничтожила.
На мужчину посмотрели трое его спутников, на каждом из которых были раны от ударов защищавшейся обезумевшей девчонки. Все они были паладинами. Двое из них даже принимали участие в охоте на Иллит несколько лет назад.
– Савий, исцели ее, — тихо ответил самый старший из них, глядя на окровавленное обнаженное женское тело. Девушка так настойчиво старалась избавиться от цепей, что вырывала их из себя несмотря на то, что этим разрывала свое тело и душу.
— Кто бы мог подумать, что однажды мне придется лечить это чудовище, – иронично произнес наименее пострадавший паладин, когда-то самым первым начавший преследовать в пограничном лесу маленькую красноволосую девочку. Он хорошо помнил, как жестоко она расправлялась тогда с людьми. Монстр, самый настоящий монстр! Тем не менее, он с некоторой брезгливостью коснулся окровавленного куска мяса, в который сама себя превратила девчонка. Из рук полился золотистый свет, а раны стали быстро затягиваться. Когда бессознательная девушка полностью была исцелена, он несколько стыдливо отвернулся от нее, прикрыв обнаженное тело окровавленным одеялом.
– Нужно сказать сестрам, чтобы привели ее в порядок. Какая же сильная! Поверить не могу, что она отринула Тьму и перешла под руку Златоликого! – восхищенно цокнул языком третий паладин, исцеляя себя и своих товарищей тем же заклинанием.
— Что-то не похоже, что она осознала произошедшее, – пробормотал Савий, вздрогнув при одном лишь воспоминании о попытке Иллит избавиться от цепи. Артефакт, созданный лично Златоликим, невозможно удалить после принятия. Он переплетался не только с телом, но и душой, превращая носителя в своеобразного проводника святой силы. Выдрать его силой? Это все равно, что перекрутить самого себя на мясорубке.
— Даже Император не ожидал, что она примет цепь. Он передал ее только чтобы следить за девчонкой, а оно вот как вышло… Савий, ты с ней уже когда-то общался. Будет лучше, если ты присмотришь, пока она… Пока она не свыкнется.
— Не уверен, что она будет мне рада, — иронично улыбнулся паладин, припоминая свою охоту за ней по горам и лесам. -- Чудны дела твои, господь наш, Златоликий! Это чудовище – и вдруг стало нашей сестрой!
– Не переживай, – похлопал Савия по плечу самый старший из них. – Если Господь наш принял ее, значит не такое уж это и чудовище. С другой стороны, Темная Империя потеряла мощный козырь. Мы же этот козырь приобрели. Разве не повод воздать благодарственную молитву?
– Ты прав, брат, – вздохнул Савий, но все еще в его голосе было сомнение.
Новое пробуждение. На этот раз солнечного луча не было, а был неверный свет свечей, в котором по стенам плясали тени. Никакой магии. Самые обычные свечи. Запах сгорающего воска был даже чем-то приятен. Глаза Иллит широко распахнулись. Цепи! Она резко села на месте. Кто-то заменил на ней порванную рубаху на новую. Ранее окровавленная постель также сейчас сияла белизной. Но ей было плевать!
– Не делай этого, маленькое чудовище, – прозвучал тихий голос сидящего у изголовья ее кровати человека. – Цепи нельзя удалить. Ты только покалечишь себя, разрушив душу и тело.
Девушка подняла взгляд на говорившего. Он был смутно ей знаком. Где-то она его видела… Но это был не тот паладин, который дал ей цепь… Он…
Лес, погоня, Наргот, перехвативший контроль над телом…
– Ты постарел, – сквозь зубы прошипела девушка, с трудом оторвав взгляд от выступавших из кожи золотистых звеньев.
