Иллит не преминула воспользоваться советом Муги и поговорить с шаманом. В клане на самом деле было четыре шамана. Один – главный, тот самый, который встречал их с Мугой. Остальные трое были его подчиненными. Она решила обратиться к главному.
Звали его Хамур. Ему было больше четырех сотен лет и обещал он прожить еще не меньше. Каждый орк относился к шаману с подчеркнутым уважением. В мирное время шаманы проводили ритуалы бракосочетания, справляли обряды и приношения духам предков, отчитывали молитвы по умершим, лечили от разнообразных болезней. Иными словами, выполняли роль тех же жрецов, только в более своеобразном варианте. Во времена же войны шаман становился грозным магическим оружием, в чем уже успела убедиться Иллит в Эльзире.
— Заходи, благословенная Иллит, – донеслось из небольшой юрты, перед закрытым шкурой входом которой остановилась девушка. Юрта шамана отличалась от других только странным символом, изображенным на закрывающей вход шкуре, да развесистыми, похожими на оленьи, рогами, прибитыми над ней. А, может, и не оленьими. Слишком уж здоровые…
Иллит отодвинула шкуру и вошла внутрь. В нос ударило приятным ароматом трав, развешенных пучками по всей крыше и стенам.
— Присаживайся, благословенная Иллит, — указал шаман на ворох шкур возле очага. Здесь все сидели, спали и работали на выделанных шкурах. По понятным причинам, стульями орки не были богаты.
— Просто Иллит, нэрэ, не утруждайтесь лишними словами, они все равно не меняют сути.
Девушка послушно присела напротив курившего костяную трубку шамана.
-- Кажется, душа твоя неспокойна. Ты пришла за советом?
– Вы правы, нэрэ.
– Могу я взглянуть на существо, что ты носишь в рукаве? – неожиданно сменил тему шаман.
Иллит нахмурилась. В рукаве был духовный сосуд Сергея.
Сергей попытался что-то ей ментально возразить, но она его не слушала. Эта сущность вызывала в девушке подсознательные опасения. Что-то с ним не так. Его нахождение рядом нервировало не меньше, чем Наргот внутри ее души. Отринув все сомнения, она передала духовный сосуд Хамуру.
– Как любопытно, – произнес шаман, рассматривая духовный сосуд. – Никогда не видел подобных существ.
– Тварь Хаоса, нэрэ, – пояснила Иллит.
– Тварь Хаоса в материальном мире… Необычно, да...
Хамур вернул духовный сосуд, расставшись с ним без всякого сожаления.
– Ты думаешь, я смогу избавить тебя от твоих страхов, несчастная душа? – он неожиданно резко взглянул на Иллит. Его взгляд, казалось, пронизал ее до самых глубин души. – Я все вижу. Не беспокойся, я никому не скажу, кого именно ты несешь в себе. Ты боишься его, но не можешь избавиться. Страх твой не безоснователен. Как только станешь достаточно сильной, а бог Пустоты достаточно восстановит свою личность – он заберет твое тело и поглотит личность.
– Чт-то? Но он обещал, он клялся, что разделит нас!
– Клялся? Клясться тебе – все равно, что клясться самому себе. Почему бы ему потом не освободить себя от этой клятвы? Вас нельзя разделить.
«Проклятый старик! Обязательно было распускать язык?!» – Сергей ментально ругался, поминая шамана разнообразными эпитетами, а Наргот предусмотрительно молчал.
Иллит чувствовала, что проваливается в ад. Для нее не было спасения… Ей врали! Тогда зачем все это? Если все равно умирать окончательной смертью? Зачем эта гонка за силой, эти изматывающие тренировки?
Шаман посмотрел на замершую с пустым взглядом девушку. Он тяжело вздохнул, поднялся со шкур и подошел к дальней стене, где в клетке обитал черный ворон. Достав трепыхавшуюся птицу, он вытащил из-за пояса кинжал, которым срубил ворону голову. Слив кровь в покрытую орочьими рунами миску, шаман подошел к Иллит и стал рисовать на ее лбу какой-то знак.
– Не шевелись, – произнес он, заметив, как дернулась девушка от неприятного ощущения.
Сама Иллит ничего не понимала. Шаман рисовал кровью на ее лбу, щеках и руках какие-то странные знаки. И по мере их нанесения она ощущала себя все более одинокой, словно отрезанной от чего-то…
Хамур зажег курильницу и поставил ее между собой и Иллит.
– Пока не прогорит дым, нас не услышит ни бог Пустоты Наргот, ни воплощенный Хаос. Никто. Они, разумеется, сильны, но в материальных мирах у каждой силы имеются уязвимости. Теперь слушай меня внимательно. Помочь тебе я не могу. Вряд ли вообще кто-то на это способен. Но почему-то духи показывают мне, что путь для тебя есть. Одно знаю точно, если сдашься сейчас – спасения тебе не будет. Иди до конца, бери все, что дают, ничего не отвергая. Но никого не слушай и никому не верь. Твоя жизнь и смерть зависят не от тебя. Безвозвратный конец грозит тебе в любом случае, а вот шанс спастись – лишь при условии, что ты не остановишься. Так что постарайся выжить. Это единственное, чем могу тебя обнадежить.
Последний виток благовонного дыма растворился в воздухе. Курильница погасла.
«Что он тебе сказал?!» – в один голос спросили Наргот и Сергей.
«Ты не можешь прочесть мои мысли?» – поинтересовалась она у обитавшей в душе твари Хаоса.
«По какой-то причине, именно эти мысли и воспоминания закрыты от меня!»
«Вот и отлично»
