«А ведь Кудрину точно подразделение обеспечения светит», — догадался Донат. Если госпожа его фамилию запомнила, значит его в штабе обсуждали и вряд ли затем, чтобы наградить. Стало быть, за парнем хороший шлейф залётов тянется.
Задавать вопросы больше никто не рискнул. Ермил сидел мрачный, остальные тоже притихли, так и доехали до хранилища. Грузовики немедленно развернулись и уехали, а ратников построили в довольно тесном дворе.
— Бойцы! — обратилась к ним Лена, стоя перед строем вместе с сотником. — Вам предстоит очень ответственное задание. Княжество передаёт нам ценный груз и через полчаса его начнут доставлять. До этих ворот охрану груза осуществляют люди князя, но как только машина с грузом пересечёт линию ворот, за сохранность груза станем отвечать мы. Машин будет очень много, разгружаться они будут внутри склада, но вам туда хода нет, и зайти не пытайтесь — застрелят. Ваше дело — охрана внешнего периметра. Передача груза будет происходить несколько дней и ночей, через двенадцать часов вас сменит другая сотня. А сейчас ваш сотник распределит вас по местам, и с этого момента вы будете находиться на боевом посту. Обязанности часового все помнят? Если посторонний приближается к вам несмотря на предупреждение, стреляйте на поражение не раздумывая. Вопросы есть?
— А что за груз, госпожа? — спросил кто-то из задних рядов.
— Этого вам знать не положено, — отрезала Лена. — Ещё вопросы? Нет? Всем вольно, командирам копий подойти к сотнику для получения заданий.
— Мне-то можно узнать, что за груз будет, госпожа? — вполголоса спросил её сотник.
— Тебе даже нужно, Микла, — кивнула Лена. — Это золотой запас княжества, больше двух тысяч ластов золота, ну и разного ещё ластов триста — платина, иридий, ещё кое-что. Машин четыреста-пятьсот будет.
Дранин онемел.
— Болтать об этом не стоит, — с нажимом сказала Лена. — Тебе говорю только для того, чтобы ты осознавал ответственность.
— Мне ещё своя голова дорога, — с досадой сказал он. — Жалею, что спросил.
— Не пугайся, всё не так страшно, — засмеялась Лена. — О передаче нам золотого запаса княжества потом будет объявлено, просто до конца передачи об этом болтать не стоит. Кто-нибудь может и соблазниться, стрелять придётся — зачем нам это?
— Понял, госпожа, — кивнул сотник. — Болтать не буду.
Переговорник на столе негромко пискнул:
— Госпожа Эльма, — раздался голос секретарши, — к вам почтенный Норит.
— Пусть заходит, — буркнула Эльма, сражаясь с заедающим ящиком стола. — И пришли мне мастера разобраться, наконец, с этим ящиком. Что это вообще за уродский стол? Как Анна за ним сидела?
— Госпожа Анна сломала его в драке с почтенным Норитом, — пояснила секретарша, несмотря на то, что вопросы были явно риторическими. — После починки некоторые ящики стали не очень хорошо выдвигаться.
— Значит, закажи новый стол, — раздражённо рявкнула Эльма. — Может, Анну и устраивали дрова вместо стола, а я хочу работать нормально.
— Закажу немедленно, госпожа, — ответил переговорник и умолк.
— Вечно из-за тебя какие-то проблемы, Норит, — недовольно сказала Эльма в сторону открывшейся двери.
Норита её недовольство, разумеется, совершенно не смутило — недовольство окружающих его вообще никогда не волновало.
— Вот так сразу, вместо здрасьте? — презрительно хмыкнул он, без приглашения проходя к креслу и устраиваясь. — У тебя ко мне какие-то претензии, женщина? Все твои претензии глупы. А может, ты ещё и побить меня мечтаешь?
— Идея звучит привлекательно, — признала Эльма, задумчиво его разглядывая.
— Да? — оживился Норит. — За чем же дело стало?
Эльма немного поразмыслила, посмотрела на косо вставший ящик и неохотно сказала:
— Нет уж, хватит кабинет разносить. И так вся мебель по несколько раз чинена.
— Боишься меня, значит, — глубокомысленно заключил тот с видом учёного, доказавшего важную теорему.
Эльма пренебрежительно фыркнула в ответ на это заявление.
— Я по вечерам тренируюсь в зале на улице Кеннера, что напротив меховой лавки, — сказала она уже спокойнее. — Приходи, попинаю тебя как следует.
— Вот, совсем другое дело, — удовлетворённо отозвался Норит. — Слушай, а вы улицу в честь Арди, что ли, назвали?
— Много чести ему будет! — тут же отреагировала она.
— Не любишь его, — проницательно заключил тот.
— Не то что не люблю, — Эльма смутилась. — Не за что мне его не любить, даже наоборот, я ему здорово обязана. Просто как-то сложно с ним…
— Вот-вот, сложно, — охотно согласился Норит. — Вечно разговариваешь с ним и чувствуешь, что он тебя дурит. Потом смотришь — нет, не обдурил, но ведь мог же! А так вроде парень нормальный, машется, говорят, прилично. Рассказывали, что он Диориту как-то раз навалял, а это, скажу тебе, очень мало кому по силам.
— Всё б тебе о драках, Норит, — недовольно сказала Эльма.
— Так ты же сама про драку речь завела, — возмутился тот. — Я-то к тебе по делу пришёл.
— Ну ладно, ладно. — поморщилась она. — Говори, что за дело у тебя.
— Что там с теми образцами сплавов, которые мы вам давали для исследования? Есть какие-то результаты?
