Вдруг Аллан резко остановился. Не потому, что затормозил, а оттого, что коридор закончился. Перед мальчиком выросли старинные черные ворота из кованого железа. Створки украшали какие-то нелепые завитушки, а из самого центра на него пристально глядел огромный стеклянный глаз.
Аллан на мгновение отвел свои глаза в сторону, потому что пронизывающий насквозь взгляд стеклянного тела резко напомнил о маленьком черном пятнышке, что появилось вчера… Но тут же мужественно он выбросил эту мысль из своей головы. Так-то лучше!
Разглядев в зрачке глаза дыру той же формы, что и песочные часы, он уже не сомневался в том, что предстоит ему сделать. Аллан вставил часы в отверстие, и створки медленно со скрипом поползли в разные стороны, открывая путь. Песочные часы вновь оказались в руке. Аллан чуточку подождал, огляделся по сторонам и прошел внутрь. Теперь он стоял на подъемном мосту Замка, где его уже поджидал Хан Зен.
— Надо смазать ворота, да, — сказал тот. — Но дел так много. Были проблемы в дороге, да?
Аллан и не думал встретить самурая прямо здесь, на мосту, за воротами, хотя он вообще не знал, чего ожидать.
— Э-э-э, проблемы, да?.. — вопросительно пробормотал Хан Зен.
Да, мальчик временами ощущал, что кто-то наблюдает за ним, но вряд ли это можно назвать проблемами. А со страхом он справился.
— Не-а, все прошло гладко, — ответил Аллан.
— Вот видишь, бояться нечего, да, — улыбнулся самурай.
Вместо того чтобы идти через двор на кухню, Хан Зен провел мальчика в боковую дверцу, устроенную прямо за воротами. Вверх тянулись каменные ступеньки. Самурай, как и в прошлый раз, когда они поднимались по лестнице, с которой он несколько раз чуть не упал, споткнувшись о свой меч, гремел и звенел всеми своими доспехами. Они поднялись на три этажа, а на пути к четвертому Хан Зен остановился, вытащил меч из ножен и начал колотить рукояткой по недавно выбеленной стене. Так барабанил он достаточно долго, Аллан даже поинтересовался:
— Что происходит?
— Это сигнал, да, — ответил Хан Зен, — мне осталось ровно шестнадцать сильных и три слабых…
И он продолжил стучать, а Аллан смотрел, ничего не понимая, на белую стену, на которой теперь появлялись черные проплешины. И тут вдруг прямо на стене появился контур круглой двери, которая спустя секунду начала открываться. Они вошли.
За дверью размещалась маленькая комнатушка без окон, освещенная единственным канделябром с пылавшими свечами в центре круглого столика. За столиком сидела Клара, перед которой лежал объемистый фолиант.
— Еще раз здравствуй, Албан. Хорошо, что ты прибыл так быстро, — поприветствовала она мальчика.
Аллан огляделся вокруг себя, пытаясь разглядеть обстановку.
— Нам приходится встречаться здесь, — сказала старуха. — Надо быть очень осторожными. А тут мы можем быть более или менее уверены, что никто нас не подслушивает. Присаживайся.
Мальчик сел напротив кухарки.
Хан Зен снял с головы свой удивительный шлем и положил его на стол. Потом он высунул голову в дверной проем, посмотрел, нет ли снаружи любопытных, и плотно прикрыл дверь.
— Ты исчез довольно неожиданно, — сказала Клара.
Аллан объяснил, что мама выдернула шнур из телефонной розетки.
— Вот как… Твоя мама выдернула шнур, — повторила Клара задумчиво.
— В этом случае нарушается соединение, — пояснил Аллан.
Но Клара и так это понимала.
— Совсем исчез, да, — сказал Хан Зен.
— Я рассказывала тебе историю о том, как все начиналось. Поверь, очень важно, чтобы ты знал ее… А ты вдруг исчезаешь.
— Но я получил от Делии Добелл сообщение и сразу же отправился к вам!
Клара открыла огромную книгу и пододвинула ее к Аллану:
— На, можешь сам прочитать ту историю.
Книга оказалась рукописной. Старинные витиеватые буквы, к которым следовало еще привыкать и привыкать… Аллан и так-то никогда не был особо прилежным читателем, а тут уж ему показалось, что книга вообще безразмерная. Одно утешение — шрифт довольно крупный.
Он припомнил рассказ Клары. Но до какого места она успела дойти?.. Мальчик уселся поудобнее и принялся листать толстые пожелтевшие страницы.
— Вот досюда мы дошли, — довольно сказал он, отыскав нужное место.
Клара утвердительно кивнула.
