Все занавески в маленькой комнате, куда она их привела, были задернуты, но женщина торопливо распахнула их и исчезла на кухне. Боганис и Травер оглядели обстановку. Да, дом не из бедных. Красивый стол и стулья искусно сделаны из редкой породы дерева. Одна из стен украшена огромным позолоченным глазом, у других — застекленные шкафы с фарфором и книгами. Боганис внимательно изучал библиотеку, а Травер разглядывал развешенные на стенах фотографии. Он остановился перед одной из них. На снимке был изображен молодой мужчина, стоявший на коленях возле огромной меч-рыбы, которая в свою очередь была по меньшей мере вдвое больше его.
Женщина вернулась с хлебом и двумя чистыми глубокими тарелками.
— Сейчас принесу горячее, — сказала она. — Надеюсь, вы едите рыбу?
— Большая рыба, — словно эхо прогремел Травер и постучал своим огромным указательным пальцем по фотографии.
— Ее поймал мой муж, — сказала она, не отрывая взгляда от стола.
— Его нет дома? — спросил Боганис.
Не ответив, она вышла в кухню.
— Нам попались не самые разговорчивые, — покачал головой Боганис.
— Здесь что-то не так, но я пока не знаю, что именно, — пробормотал Травер, продолжая рассматривать снимок.
Женщина вернулась и поставила на стол серебряную супницу и принялась разливать по тарелкам густой дымящийся рыбный суп.
— Это все, чем мы можем вас угостить, — сказала она.
Из бульона, щедро приправленного морковью, луком и пастернаком, аппетитно глядели большие сочные куски рыбы.
— Вкусно, — пробурчал Травер.
— Благословенно, — кивнул Боганис, — придает новые силы.
Женщина осталась стоять и смотрела на то, как они расправлялись с едой.
— Такая пища, без сомнений, очень полезна и для… него, — продолжал говорить Боганис, а ложкой указал вверх, имея в виду старика.
— Ему сначала следует отлежаться, — ответила женщина.
— Он твой отец?
— Нет, он…
Она почему-то занервничала и стала оглядываться, как будто старалась подобрать нужные слова.
— Меня зовут Эльрица, — запоздало представилась женщина. — И мне надо подняться взглянуть на него. — И она вышла.
— Тут что-то не так, — твердо сказал Травер и налил себе еще одну тарелку супа.
Боганис кивнул. Ему понравилось угощение, но и оно, и отремонтированные дома, и новые лодки не могли появиться из ниоткуда.
— Что происходило в зале? — спросил он как бы самого себя.
Травер только покачал головой.
— В любом случае наше путешествие сюда небезынтересно, — подытожил Боганис.
Когда Эльрица вернулась, суповая миска почти опустела, а хлеб оказался съеденным до последней крошки.
— Как он там? — поинтересовался Боганис.
— Спасибо, ничего. Ему просто надо отдохнуть. Я надеюсь, было вкусно?…
— Самое замечательное из всего, что мы пробовали в вашей части Замка. В поселке, по-видимому, дела идут неплохо?
Эльрица отвела взгляд.
— Напротив трактира есть постоялый двор, — перевела она тему разговора. — Там вы можете переночевать.
— Он-ни могут сп-пать в п-пристройке, — раздался знакомый голос со стороны двери.
Все оглянулись. Там стоял рыжеволосый мальчик. Даже Травер не слышал, как он вошел.
— Можно хорошо сп-пать на с-сетях.
— Да, но, Тобис… — начала женщина. Потом вздохнула: — Это мой сын, Тобис.
— Мы уже виделись, — подмигнул мальчишке Боганис.
Этот факт вовсе не удивил Эльрицу.
— Тобис носится где ему вздумается, — махнула она рукой.
— С-сейчас п-покажу вам п-пристройку, — заикаясь, проговорил мальчишка.
Эльрица с упреком посмотрела на Тобиса, но не нашлась что ответить.
— Там хранятся снасти. Пристройка не место для ночевки.
Боганис тут же поспешил разуверить ее, что он и Травер могут прекрасно обойтись без удобств. Была бы крыша над головой, да что-нибудь брошено на холодную землю.
Они, конечно, предпочитали спать не на старых рыбацких сетях, но было очевидно, что женщина знает гораздо больше, чем говорит. Да она ничего и не рассказала, но тем не менее Боганис почуял, что именно здесь они с Травером смогут кое-что разузнать. Если судить по людям в Доме Тока, по тому, как немедленно они замыкались в себе, когда слышали вопросы путешественников, то немного шансов было что-то выведать на постоялом дворе.
— Ну, если вас устроит пристройка, тогда… — проговорила она задумчиво.
— П-пошли, — сказал мальчик и открыл дверь.
Выходя, мальчик обернулся и посмотрел на мать.
— Где папа? — спросил он и на этот раз даже не заикнулся.
Хотя Эльрица попыталась сдержаться, было видно, Тобис своим вопросом попал не в бровь, а в глаз. Взгляд ее начал метаться между мальчиком и приезжими…
— Он… Его нет дома!
Тобис остановился у двери и серьезно посмотрел на мать:
— Почему ты не говоришь им, мама?
И тут внутри Эльрицы словно что-то надломилось. Она тяжело опустилась на стул и с рыданиями уткнулась в ладони. Мальчик молча стоял в дверях, не меняясь в лице. Боганис и Травер подождали, пока стоны не начали утихать и женщина не подняла лицо.
— Если мы в состоянии чем-нибудь помочь… — начал Боганис.
— Он больше не может, — пожаловалась она. — Но его не отпускают. Они не хотят, чтобы он бросил!
Боганис подошел к ней. Он понял, что она говорит о старике.
— Кто его не отпускает?
