Церемонии полностью

— И я не пытаюсь убедить кого-то в том, что нам с Деборой легко живется или что здесь есть чем заняться, кроме работы. Но мы живем так, как хочет Господь, как жили люди в Библии. — Порот обвел жестом кухню, дом, поля и леса за ним. — По правде сказать, мы хотим лишь жить по велению пророка: «Остановитесь на путях ваших и рассмотрите, и расспросите о путях древних, где путь добрый, и идите по нему».

Кэрол кивнула, как будто поняла.

— Да, — сказала она, — Иеремия. Я сегодня все время слышала отрывки из его пророчеств по радио. Судя по всему, в вашей местности он пользуется большим уважением.

Деборе эти слова, судя по всему, показались ужасно забавными. Но не ее мужу.

— Он — пророк нашей общины, — пояснил он.

— Что оказалось кстати, — вмешался Фрайерс. — Иногда кажется, что мне позволили здесь поселиться только из-за имени.

Кэрол как будто не услышала. Она неотрывно смотрела на Сарра.

— Я только не понимаю, — сказала девушка, — где вы прячете свою церковь? Я объехала весь Гилеад и ни одной не увидела.

— Ой, да у нас нет церкви. — Дебора поднялась на ноги. — Мы собираемся в домах у членов общины. Ближе к концу месяца встреча пройдет и в нашем доме. Можешь приехать и на все посмотреть собственными глазами.

— Мы следуем завету Писания, — добавил Сарр. — «Ибо, где двое или трое собраны во имя Мое, там Я посреди них».

Кэрол кивнула.

— Понятно. Из Матфея, да?

— Смотри-ка, — удивленно воскликнул Фрайерс, — а ты неплохо знаешь Библию!

Девушка немного смутилась.

— А я не говорила? Я двенадцать лет проучилась в приходской школе.

Фрайерс удивленно поднял брови.

— Надо же! Я знал, что ты католичка, но… наверное, просто воображал тебя обычной деревенской девчонкой из маленькой школы из красного кирпича где-то в глуши.

Он попытался припомнить, упоминала ли она приходскую школу за обедом на прошлой неделе. Наверное, он столько говорил, что у нее просто не было такой возможности.

— Ты многого обо мне не знаешь, Джереми, — сказала Кэрол, потом повернулась к Сарру. — Я, может, и смотрю на вещи немного иначе, но тоже стараюсь жить по воле Господней.

Фрайерс почувствовал себя чужим. Эти двое говорят так, будто они с богом на короткой ноге. Но Джереми, вероятно, не захотел бы повстречаться темной ночью с таким богом, в какого верят Пороты.

Откинувшись на спинку кресла, Фрайерс уставился в окно над раковиной. Эту ночь вполне можно было назвать темной. Луна, судя по всему, скрылась за облаком, и только бледная полоска над деревьями напоминала о ее существовании. Фрайерсу пришла на ум строчка из стихотворения Роберта Блая: На ферме тьма побеждает. Хотя члены Братства, без сомнения, стали бы настаивать на том, что и тьма здесь от бога.

Рядом с ним Дебора убирала тарелки из-под салата. Пороты ели салат по-европейски, перед десертом.

— Эй. — Толкнула она его легонько в плечо, — возвращайтесь на землю. Я вовсю расстаралась, чтобы приготовить следующее блюдо.

Это оказался горячий индейский пудинг, почти три часа простоявший в духовке. Он готовился из кукурузной муки и патоки и подавался со свежими сливками прямиком с фермы Вердоков.

— Кэрол, — сказала Дебора, — надеюсь, хоть это, по крайней мере, не вызовет у тебя никаких возражений.

— Ни малейших, — ответила Кэрол. Она с легким ужасом округлила глаза при виде щедрых порций, которые Дебора разложила по тарелкам. — Боже мой, удивительно, как вы после этого можете держаться на ногах!

Фрайерс сочувственно кивнул.

— Я все еще пытаюсь понять, как им удается оставаться такими худыми.

— Мне приходится следить за мужем во все глаза! — рассмеялась Дебора. — Иначе он один съел бы все блюдо.

Порот задумчиво начисто облизал ложку и поднял глаза.

— А ведь меня предупреждали об этом, когда я на тебе женился, — сказал он. — Мне все говорили: «Сарр, эта женщина из Сидона заморит тебя голодом!» — Он взглянул на жену с обожанием. — Но, по правде сказать, мы с Деборой все время работаем. С утра до ночи, по семь дней в неделю. Так не потолстеешь. Мы не сидим целыми днями на месте.

Повисла тишина. Фрайерс решил, что Порот обращается к нему. Он выдавил улыбку. Не нарывайся.

— О, в физическом труде есть свои прелести. В конце концов, кому что больше нравится. Но как сказал философ фермеру: «пока ты кормишь свиней, твой мозг голодает».

Он украдкой взглянул на Кэрол и заметил улыбку. Может, вечер еще можно спасти.

— Кстати, я не рассказывал тебе, какие я делаю упражнения? — Пока Дебора убирала кувшин и ставила на стол подаренное Рози вино, Фрайерс пустился описывать свои ежедневные занятия: приседания, отжимания, растяжку для спины. — А еще я немного занимался бегом. — Услышал он собственные слова. — Здесь бегать куда интереснее, чем в городе. Тише и меньше людей. Может быть, потом я исследую другой конец дороги или устрою прогулку до тех холмов…