Вернулся внутрь. Стоя вот так в темноте, чувствуешь себя очень уязвимым, но небо, надо признаться, выглядит феерически. Кажется, никогда не видел столько звезд, а уж когда в последний раз замечал в небе Млечный Путь, даже не вспомню. Вот чего еще не бывает в городе (хотя, разумеется, когда я поднял голову, первой моей мыслью было: «Господи, прямо как в планетарии!»)
Короче, я так простоял, разинув рот, пока не свело шею.
Но самым неприятным открытием был вид самого здания. Лампа у меня на столе – наверное, единственный источник света на много миль вокруг, прямо как маяк, так что к сеткам слетаются насекомые со всей округи. Тут, внутри, я почти как на витрине: меня видно отовсюду, из леса, с поля, с лужайки. А мне видна только темнота.
Все бы ничего, но комната открыта с трех сторон. Хотя, конечно, так она лучше проветривается. Некстати только, что деревья растут так близко от окна у моей кровати. Центральная часть стволов практически светится там, где на них падает свет; корни и подлесок растут так плотно, что между ними даже не пройти.
Уже два часа ночи, и несколько мотыльков все еще бьются о сетку. Один, крошечный и зеленый, видимо, пробрался внутрь, когда я открыл дверь. Летает теперь вокруг лампы в компании с несколькими мошками, слишком мелкими, чтобы пытаться их прибить.
Снаружи доносится множество звуков. С чего я решил, что здесь тихо? Качаются деревья, трещат ветви, шелестит ветер, журчит вода. Вдобавок к сверчкам где-то вдалеке расквакались лягушки.
Наверное, именно этого я и хотел.
Только что видел, как здоровенный паук пробежал по полу возле кровати и спрятался за сундуком. Нужно не забыть про репеллент и фонарик.
Интересно, чем сейчас занимается Кэрол?
