Этому адвентисту было уже под семьдесят, почти неподвижно лежал он на нарах, пристально глядя в потолок. Тело его распухло, а по камере уже распространялся трупный запах. Мы не могли долго выдержать рядом с ним. Соседи по камере требовали его перевода в санитарный барак, но там не было места, так что умирающий оставался на прежнем месте. Лишь только старый иезуит часами просиживал около него и молился. Когда мы однажды вечером собрались вокруг умирающего, он взглянул на нас и, взяв руку католика, тихо сказал:
— К тебе обратится Иисус: «Приидите, благословенные Отца Моего, наследуйте Царство. Я был в темнице, и вы пришли ко Мне». Вся эта болтовня о разделении на католиков, евангелистов — пред Богом чистейший вздор. Самое главное для Него — это любовь.
Эти слова стали его завещанием. Старый иезуит спокойно закрыл умершему глаза и пробормотал по–латыни свою молитву.
Однажды начальство поручило Олегу, как одному из лучших работников, отремонтировать дом подполковника КГБ, который был уже на пенсии. Вся офицерская семья, а это были его супруга, дочь, зять и внуки, на тот момент пребывали на своей даче на одном из островов Иртыша. Закончить ремонт необходимо было в течение двух месяцев, поэтому иногда, по возможности, Олегу помогали оба старших сына, которые уже ходили в школу, а также Галина.
Однажды во время работы к нему подошла какая–то женщина.
— Вам привет из исправительно–трудового лагеря, — начала разговор незнакомка, которой на вид было лет тридцать.
Как выяснилось, она была литовкой. Женщина немного описала те условия, в которых содержались заключенные, а также рассказала о том, что ее друзья нашли лазейку, чтобы поддерживать заключенных верующих продуктами. До сих пор все проходило гладко, но теперь у них не было денег на то, чтобы переправлять контрабандный товар в лагерь, поэтому они и обратились за помощью к евангельским христианам–баптистам. Олег сделал вид, что знает, о чем идет речь, хотя он ничего не знал о сложившейся ситуации, а также о возможностях помочь. Немного подумав, он предложил ей встретиться в установленное время через неделю у ларька, расположенного у южного входа в парк.
Олег был озадачен. Ведь он знал, что за подобные незаконные действия можно получить до шести лет тюрьмы. И откуда он возьмет деньги на подобное мероприятие? Наши братья и сестры были очень щедры, жертвуя из своего скромного заработка намного более десятины. Из церковной кассы выделялись нелегально средства на поддержку семей, лишенных отцов. Семнадцать детей осталось без одного из родителей. К тому же случалось, что власти, в лице милиции или сотрудников КГБ, неожиданно появлялись в тех местах, где нерегистрирующиеся проводили свои богослужения. За это, что случалось нередко, также приходилось платить большие штрафы.
Контактов с церквами Запада тогда не было. Из нашей прессы мы узнавали, что видные церковные деятели Запада восхищались свободой вероисповедания в нашей стране. Они ничего не знали или не хотели знать о том, что за свои убеждения наши братья томились за решеткой. Ричард Вурмбранд, позже признанный среди христиан как антикоммунист, сидел тогда в румынской тюрьме, Александр Солженицын еще не издал свою книгу «Архипелаг ГУЛАГ», а Георгий Вине, многие годы работавший секретарем нерегистрирующихся баптистских общин и зарекомендовавший себя как бесстрашный борец за дело Божье, лишь много лет спустя вместе с некоторыми политическими диссидентами был обменен на советских разведчиков. Западные дипломаты и политики, все время почтительно обходившиеся с диктаторами при их жизни, сразу же после их смерти устраивали «Нюрнбергский процесс» против них и их последователей. Сталину, Брежневу, Хрущеву был вынесен приговор лишь тогда, когда к власти приходил их преемник, у которого они старались завоевать расположение. Я не жажду видеть наших правителей на этой своеобразной скамье подсудимых. Я желал бы, чтобы их души были завоеваны для Христа.
Тогда у Олега были другие заботы. Его волновал вопрос, как он может исполнить Божью заповедь, оставленную Господом в 25 главе Евангелия от Матфея, как протянуть руку помощи заключенным братьям. Свои переживания он вынес на обсуждение братского совета. Как Олег и предполагал, совет ничего не хотел слышать о подобных нелегальных действиях. «Ведь Бог допустил, — считали многие из братьев, — что они попали в лагерь, значит, Он знает, как провести их через эти испытания. «Не заботьтесь ни о чем!» — говорит Господь, поэтому христианам стоит больше доверять Богу, а не людям». Но в данном случае речь не шла о вопросах веры! К тому же, Библия учит нас страдать не за проступки, а только делая добро. Ведь эту контрабандную акцию можно однозначно назвать незаконной и не приличествующей для благовестника. Ах, если бы мы в лагере знали об этом разговоре, если бы могли принять в нем участие!
