– Я… знаю о проблемах принца Зерга, – дипломатично ответил тот.
– Кажется, об этом знают все, кроме меня.
Так вот в чем причина попытки самоубийства Грегора! Вот он, ключ, – щелк, и замок открылся! Майлз постарался не обнаружить торжества, вызванного этим открытием.
– Когда ты узнал об этом?
– Во время Комаррской конференции. Я и раньше натыкался на кое-какие намеки, но… относил их на счет вражеской пропаганды.
«Значит, этот танец на балконе не импровизация. Грегору не с кем было поделиться и…»
– Правда ли, что он участвовал в пытках…
– Не все, что говорится о принце Зерге, правда, – торопливо перебил его Майлз. – Хотя правда… достаточно страшна. Моя мать знает об этом. Во время вторжения на Эскобар она была свидетелем таких вещей, о которых даже я не знаю. Но тебе она расскажет. Спроси ее прямо, и она тебе ответит.
– Кажется, в нашей семье это наследственное, – тихо продолжал Грегор.
– Она скажет тебе, чем ты от него отличаешься. Насколько я слышал от матери, у тебя все в порядке. И если уж на то пошло, во мне столько же генов Ури Безумного – по той или другой линии.
Грегор улыбнулся:
– Меня это должно утешить?
– Ну, если считать, что несчастье любит компанию…
– Я боюсь власти… – задумчиво произнес Грегор.
– Ты боишься не власти, ты боишься того, что она будет людям во зло, – догадался Майлз.
– Что ж, ты почти угадал.
– Только почти?
– Я боюсь, это будет доставлять мне удовольствие – причинять зло. Как ему.
Он имел в виду принца Зерга. Своего отца.
– Чушь, – отрезал Майлз. – Я помню, как мой дед пытался вовлечь тебя в охотничьи забавы. У тебя неплохо получалось, – думаю, потому, что ты считал это обязанностью фора, но каждый раз, когда ты ранил животное и нужно было его прикончить, тебя выворачивало наизнанку. Может быть, ты немножко псих, как и все мы. Но ты не садист. Я это точно знаю.
– То, о чем я прочитал… и услышал, – беспомощно сказал Грегор, – так привязалось ко мне! Я не могу не думать об этом. Не могу выкинуть это из головы.
– Твоя голова полна страхов, потому что мир полон ими. Посмотри на все ужасы, которые Кавилло принесла в Ступицу Хеджена.
– Если бы я задушил ее во сне – а у меня был такой шанс, – ничего бы не случилось.
– Но если бы этого не случилось, ее не за что было бы душить. Боюсь, здесь что-то вроде парадокса путешествий во времени. Стрела правосудия летит в одну сторону. Без исключений. Ты не должен жалеть, что не задушил ее до того. Хотя, полагаю, можешь жалеть, что не задушил после…
– Нет… нет… Оставлю это цетагандийцам, если они смогут поймать ее.
– Извини, Грегор, но мне не кажется, что нам угрожает Безумный Император Грегор. Скорее сойдут с ума твои советники.
Грегор взглянул на поднос с пирожными и вздохнул:
– Думаю, охрана не так поймет, если я попытаюсь размазать эти пирожные по твоей физиономии.
– Несомненно. Ты должен был сделать это, когда мне было восемь, а тебе двенадцать. Тогда бы это сошло тебе с рук. Торт с кремом правосудия летит в одну сторону. – Майлз засмеялся.
Потом два великих человека мысленно проделали множество неестественных и забавных трюков с подносом пирожных. Кончилось тем, что оба расхохотались. Майлз сказал:
– Я знаю, ты от похвал лезешь в бутылку, но, черт побери, ты действительно хорош на своем месте. Должен же ты сам чувствовать это после верванских переговоров. Вот и оставайся таким.
– Думаю, так и будет. – Вилка Грегора с новой энергией вонзилась в последний кусок торта. – А сам ты тоже собираешься остаться прежним, а?
– Хотелось бы. Но все зависит от сегодняшней встречи с Иллианом, – сказал Майлз. Он решил воздержаться от третьего пирожного.
– Не слышу в твоем голосе энтузиазма.
– Вряд ли он меня понизит, ниже младшего лейтенанта звания нет.
– Да он тобой доволен! Что тебе еще надо?
– Когда я был у него, он вовсе не выглядел довольным. Казалось, у него болит живот. И он почти ничего не сказал мне. – Майлз с внезапным подозрением взглянул на Грегора: – Ты что-то знаешь, ведь так? Выкладывай!
– Я не могу нарушать субординацию, – нравоучительно ответил император. – Может быть, тебя повысят. Я слышал, место командующего на острове Кайрил еще вакантно.
Майлз содрогнулся.
«Весна в Форбарр-Султане, столице Барраяра, так же прекрасна, как и осень», – подумал Майлз. Прежде чем войти в главный подъезд гигантского прямоугольного здания штаб-квартиры Имперской службы безопасности, Майлз немного помедлил. Знакомый клен с Земли все так же нежно зеленел в солнечном свете. Как он не похож на местную растительность, окрашенную в тусклые красные и коричневые тона. Повидает ли он когда-нибудь Землю? Может быть.
