Была уже глубокая ночь. Несмотря на полный волнений и испытаний день, царевичу не спалось. Усевшись возле очага, он наблюдал, как струйка дыма утекает в отверстие крыши, прямо в черное небо. Юношу снедало странное нетерпение. Будь его воля — ушел бы гулять по лесу, и не важно, что там полно чудищ…
Светоч, лежавший на спине по другую сторону очага, напротив, выглядел скверно. За один день он ослаб и зримо состарился. Все пережитое явно оказалось для него чересчур. Словно Великий Дед своим взглядом что-то сломал в нем…
— Замара тоже был золотоглазым, — не поднимая век, ответил глава Северного храма. — Вурсы, похоже, сочли нас его родичами.
— Откуда ты знаешь, каким он был?
— Я же говорил — я знал его. Нож, что я тебе когда-то показывал в храме…
— Который не тупится триста лет?
— Да, этот, — его мне тоже Замара подарил. Я думаю, ему самому было лет не меньше, чем тому ножу…
Аюр недоверчиво покачал головой:
— Это он рассказал тебе про Лук Исвархи?
— Волшебный лук, посылающий солнечные стрелы, упоминается в десятках священных песен и во множестве сказаний… Ты ведь учился в храме. Замаре не было никакой нужды рассказывать о нем: что толку повторять общеизвестное? Но он передал мне кольцо лучника.
— То самое?
— Да. Теперь понимаешь? Хвала Солнцу, Господь как будто ведет нас к цели кратчайшей дорогой…
Светоч понемногу переходил на шепот, а затем и вовсе умолк, будто у него не стало сил говорить. Аюр с тревогой посмотрел на осунувшееся лицо и запавшие глаза старца:
— Как думаешь — зачем лесовики нас кинули в ту пещеру?
— Вурсы, — улыбнулся Светоч. — Славное племя. Не знаю, для чего они этим зубастым страшилищам, но Замара не мог бы найти более преданных и внимательных сторожей для места своего вечного сна. И смотри, вурсы нас даже пальцем не тронули. Окажись ты не сыном Солнца, а случайным грабителем, искателем сокровищ, — пещера Замары убила бы тебя сама. Но ты сумел пройти прямо в сердце их земель, в недра этой горы, и остаться живым. Заодно с тобой выжил и я. А все прочие лишь получили по заслугам.
Аюру невольно вспомнилась зловонная трещина, полная костей и черепов.
— Но там нет никаких сокровищ, — возразил он. — Только эта нить…
— А доспех Замары? Его называют неуязвимым для любого оружия; он способен воссиять ярче самой яркой звезды, ослепляя всех, кто увидит; а еще он способен сделать хозяина незримым… и, может быть, даже продлить ему жизнь… Запомни — как знать, может, когда-нибудь он тебе пригодится… Когда-нибудь… — Как ни был слаб Светоч, он слегка приподнялся, глядя на царевича горящими глазами. — Главное сейчас — найти Лук Исвархи!
— Но его в пещере не было!
— Ну и что? Послушай, Аюр! Ты сумел взять кольцо лучника — и не сгорел. Ты остановил волну — и остался жив. Ради тебя вспыхнула Золотая Длань. Сам Исварха повелел тебе искать эту пещеру. Ты отыскал ее — и вышел живым. В конце концов, ты нашел тетиву!
— Знаешь, я сомневаюсь, что это тетива…
— А ты не сомневайся. До Лука Исвархи остался один шаг!
— Ну и где этот лук, по-твоему? — с сомнением спросил сын Ардвана.
— Где-то здесь, у вурсов. Больше негде. Я думаю, тебя ждет последнее испытание…
Аюр тяжко вздохнул:
— Опять…
— Ты пройдешь его, — едва слышно закончил старец.
— Эй! Невид! — встрепенулся царевич — ему показалось, что Светоч перестал дышать. — Не помирай! Ты мне нужен!
— Я давно готов к смерти, — прошептал глава храма. — Лишь бы ты завершил свой путь, лишь бы жила Аратта… Ты и сам будешь готов отдать за нее жизнь, когда придет твое время.
У Аюра мурашки побежали по коже.
— Пусть это время не придет никогда! Невид, ты бредишь? Тебе в самом деле так нехорошо? Давай я позову вурсов!
— Не нужно…
Светоч к чему-то прислушался, глубоко вздохнул и быстро заговорил:
— Тебе следует знать. Возможно, у тебя есть очень опасный враг.
— Кто? — с недоумением спросил Аюр.
— Много лет назад в столицу пришел один человек. Он был лучшим гусляром из всех, кого рождала земля Аратты. Своей игрой он зачаровывал людей, склоняя их и к добру, и к худу… Из-за него погибла твоя мать. Линта могла бы кое-что рассказать об этом, не сойди она с ума… А еще тот гусляр ненавидел арьев — всех до единого. В этой ненависти было что-то жуткое…
— Погубил мою мать? И что, этот человек еще жив? — хмурясь, спросил Аюр.
— Молись, чтобы нет. Он давно пропал. Куда — спроси своего дядю Тулума. Прежде чем стать верховным жрецом, он заведовал тайным сыском…
— Как звали того человека?
Губы Светоча искривились в усмешке.
— В прежние времена его тоже называли Зарни Зьеном…
Прежде чем Аюр успел что-то ответить, кожаный полог у входа колыхнулся и внутрь котты всунулось громадное клыкастое рыло.
— Похоже, это за тобой. — Старый жрец вновь закрыл глаза. — Ступай, Аюр, принеси искомое…
