Он пропустил нас в комнату и засуетился вокруг Овии: она охотно улыбалась ему и, кажется, совершенно позабыла о своем офицере. Что странно: обычно ее истории длились все же дольше пары дней, а Ланс ее типажом точно не был. У Овии проблемы с офицером? А может, они расстались? Иначе почему она вдруг так резко обо мне вспомнила и прибежала с вкусностями?
– Клубника… О терминал! Вот это дары!
Пока Ланс выкладывал ягоды и готовил стаканы для вина, я вкратце пересказала свою историю с коммом. Про себя я немного злорадствовала: если Ниил и хотел сохранить свое присутствие в тайне, то теперь у него точно ничего не вышло.
– Очень странно. Давай-ка сюда.
Я снова сняла комм, и Ланс отправил его в сканер сбоку от визора. Овия пристроилась на край постели, я рядом с ней, Риина чуть поодаль. Ланс долго возился над визором, пока я буравила его экран взглядом и ничего не понимала, а Овия шептала Риине:
– Так у нее правда отец нашелся? Мертвый? В смысле теперь уже живой? И кто он такой? Ее сразу к нему и отправили? А почему сразу не отправили? Этот приют, наверное, просто ужас…
Ланс качал головой:
– Нет, вообще ничего. Никаких взломов, никаких вторжений. Вызовы не регистрировались, определить абонента не получается. Эй, человек-невидимка, отзовись, – крикнул Ланс прямо в комм на сканере. – Не, пустота. Может, отключился?
– Точно нет, – отозвалась я. – Уверена, он и сейчас сидит и слушает.
– Партизанит, значит. Хм.
Ланс снял мой браслет со сканера и покрутил его в руках:
– Странно, конечно.
Потом снова положил его обратно и принялся колдовать над клавиатурой визора.
– Мистика, – почти весело сказал он, нащупал левой рукой тарелку с клубникой и отправил в рот ягоду.
Я тоже потянулась к тарелке.
– Он сказал мне свое имя. Ниил.
– Можно поискать… Но понимаешь, без фамилии это дело почти бесполезное. Знаешь, сколько в Ционе Ниилов?
– Ну да. Но можно попробовать сверить фотографии… И возраста он, скорее всего, нашего. Может, получится?
– Ну давай, – Ланс чуть наклонил голову набок, – глянем.
Он раскрыл уже знакомую программу с черно-зелеными строками и вбил имя.
– Четыреста восемьдесят три совпадения, – хмыкнул он. – Так, давай отфильтруем по возрасту. Положим, от шестнадцати и до… двадцати пяти?
– Наверное.
– Ладно. Так. А теперь смотрим фотографии.
Ланс вывел первую карточку. Блондин с голубыми глазами.
– Нет.
Шатен с карими.
– Нет.
Лысый.
– Тоже нет. Можешь чуть побыстрее листать, я его сразу узнаю.
– Ах вот как! – Ланс хитро усмехнулся. – Вижу, он тебе запал в сердечко. Говоришь, один раз его видела? Уверена, что и в комме тоже он?
Я почувствовала, как горят щеки.
– Ничего не запал. Просто… Вспомню, и все.
– Ну да, ну да. Так, смотрим дальше.
Ланс листал фотографии, иногда останавливаясь или возвращаясь назад, но лица были не те. Он прошелся по всей выборке, но того самого парня из переулка я так и не увидела.
– Может, откроем все остальные?
– Ну давай.
Но и там лица мелькали незнакомые. Просмотрев все четыреста восемьдесят три Ниила, я так и не нашла нужного.
– Странно, кстати, – тихонько заметила Риина.
– Может, он представился не своим именем? – предположил Ланс.
– А может, – вздохнула я. – Ну и ну его. Ну тебя, Ниил, слышал?
В ответ, как и раньше, ничего.
– Давай-ка Ланс займется ремонтом, а мы пока поболтаем. – Овия придвинулась ко мне поближе и подлила вина. – Расскажи мне все как следует про отца… Вообще про все. Он правда из Сената? И что, ты теперь в небесных апартаментах живешь? А карманные он дает?
Я вздохнула и стала нехотя рассказывать, пока Ланс, вернувшись к моему комму, отстукивал что-то на клавиатуре. Вино, которое принесла Овия, было кисловатым, но я не разбиралась в вине и пыталась его распробовать, как могла. Клубника оказалась зеленоватой и хрусткой, но я вообще не помнила, когда последний раз ее пробовала. Как ни странно, и разговоры, и трое людей, которые слушали меня, и скромная, в сущности, закуска – все это согревало.
– Так, значит, ты теперь живешь в самом центре?
– Выходит, что да.
– Ну и как тебе?
– Ну как… Апартаменты просторные. Красивые. Своя кухня. Много еды. Я могу на нее не тратиться. Ну и ванная. Своя комната.
– Пригласишь?
– Не уверена, что ли’Бронаху это понравится…
– Ну как-нибудь. – Овия толкнула меня локтем и подмигнула. – Потом. Как все уляжется. Может, и он оттает. А ты пока втирайся ему в доверие. Располагай к себе. Может, не выгонит потом? Он же твой отец, в конце концов!
– Мне все это как-то не нравится. – Риина поджала губы. – Тесса, ты своего отца… этого ли’Бронаха, впервые увидела сегодня утром.
– Да, но это вживую, – напомнила я. – Я уже видела его в базе у Ланса.
– Ну да, я помню его. Но, Тесса… Ты уверена, что он твой отец? – спросила почему-то Риина.
– А кто же еще?
Я видела его фотокарточку у Ланса. И из приюта меня перенаправили именно к ли’Бронаху. Какие варианты?
Я смотрела на Риину – лицо у нее было задумчивое. Уверена ли я, что он мой отец? О да, еще бы. Он так не хочет им быть, что нарочно такую схему ни за что не придумаешь.
– Так, лови. Готово.
