Тень был страшен сейчас, но Джеймс сделал свой выбор и, едва дыша, в ужасе глядел на льва, явно изготовившегося к прыжку; в горле стоял ком, сердце колотилось так, словно собиралось выскочить из положенного места через горло и убежать совершенно самостоятельно. Той памятной ночью он не испугался вооруженного человека, но эти прекрасные призрачные звери вселяли в него дикий, совершенно животный страх, от которого хотелось, напрочь потеряв голову, нестись хоть в огонь, хоть в кирпичную стенку.
Время застыло тонкой, докрасна раскаленной иглой.
— Гамлет, — буркнул вдруг Тень, — место.
И свирепый зверь исчез, просто испарился, а Тень, присев, пошарил среди расползающихся светляков, поднял что-то и, выправив из-под рубашки цепочку, начал возиться с ней, прилаживая найденное.
— Отлепись от дерева, идиот, — бросил он, не поднимая головы. — Пулей брюхо не продырявил, так деревяшкой пропорешь.
Джеймс, бессильно хватающий воздух, не до конца сообразивший, что, кажется, спасен, подчинился; еще несколько секунд ушло на то, чтобы сообразить, что он задыхается, и вспомнить о втолкованных Сэмом дыхательных упражнениях. Те снова не подвели: к тому времени, как Тень спрятал цепочку обратно под рубашку, Джеймсу уже не казалось, что легкие вот-вот вырвутся через ребра гроздью готовых лопнуть пузырей.
— Стив отпустит, — тихо сказал он; глубокую царапину, оставшуюся после острого сука, наконец, защипало. — Он готов был отпустить меня за грань.
Узкие губы Тени разъехались в неприятную усмешку.
— Это ты меня утешать пытаешься? Оставь утешения для того, кому они нужны. И я на твоем месте не был бы так уверен. Тогда он не знал тебя и дня, и с того времени многое изменилось, а он вовсе не святой, что бы ты о нем ни успел нафантазировать. Поэтому сейчас мы возвращаемся, ты преспокойно ложишься в кроватку и завтра утром, если еще будешь намерен делать ноги, разговариваешь с Роджерсом, и после этого у тебя будут два варианта. Вариант первый: он тебя благословляет, и ты свободен, как птица. Дадим тебе жрачки, денег на первое время, если надо, довезем до ближайшего города. Вариант второй: он намыливается уйти с тобой. И уж тогда, не сомневайся, я придумаю, как тебя остановить. Или вас обоих, если понадобится. Это понятно?
— Стив тебе не принадлежит, — напомнил Джеймс, съеживаясь от собственной смелости.
— А мне насрать, — грубо отрезал Тень. — Возвращаемся. Пойдешь впереди, я за тобой. Вздумаешь чудить, выпущу кота.
— Я не буду чудить, — Джеймс сделал несколько шагов, стараясь не наступать на светлячков. Потом остановился. — Если я не был тебе нужен, то зачем ты меня купил?
— Дураком был, — отозвался Тень. — Что послушал Роджерса.
Джеймс не двигался с места, и Тень досадливо поморщился.
— Мастер подошел к нам после шоу, сказал, что может продать мяса для котов по дешевке. Я спросил, что за мясо, он рассказал, добавил, что ты уже начал гнить заживо и даже на чучело не годишься. Я… хотел отказаться, — желтые глаза Тени глянули на Джеймса предостерегающе, и тот проглотил вертящийся на языке вопрос. — Как чувствовал. Но Роджерс меня уговорил. Все. Точка. Доволен?
Джеймс кивнул.
— Тогда марш назад и перебирай ногами поживее. Если ты завтра обвешаешься соплями до колена, то ни одна здравомыслящая мамаша к тебе дитятко и близко не подпустит, и я вычту убытки из твоей зарплаты.
Солнце с красным зонтом ждал около трейлера, и с каждым новым шагом на Джеймса все сильнее наваливался стыд — в том числе, хоть это было и глупо, за свой внешний вид, потому что дождь многократно усилился, а кроме того, на обратном пути Джеймс умудрился пару раз сильно поскользнуться и весь извалялся в траве, земле, мокрой трухе и бог знает в чем еще.
— Мы гуляли, — невозмутимо заявил Тень в ответ на вопросительный взгляд. — Встретились в лесу, решили вернуться вместе. Спокойной ночи.
Сказав это, он исчез в трейлере, а Солнце, посторонившийся его пропустить, перевел чистые синие глаза на Джеймса, и тот, промокший до костей, замерзший и совершенно вымотанный морально, попытался улыбнуться, не преуспел и не нашел ничего лучше, как разрыдаться.
Уже внутри, пока спокойный Солнце и встревоженный Сэм в четыре руки приводили его в божеский вид, Джеймс, дрожа и всхлипывая, кое-как передал суть случившегося, впрочем, умолчав о льве и угрозах Тени.
— Да уж, — вздохнул Сэм, смазывая ему оставленную суком царапину. — Вот знал же я, что не стоит заводить эти разговоры на нетрезвую голову. Значит, ты решил тихонько сбежать, но босс тебя нашел и убедил сперва поделиться с коллективом? Звучит гладко, только… Извини, приятель, не хочу показаться навязчивым, но почему ты в таком состоянии, будто он тебя уговаривал хлыстом и жестоким шантажом?
— Это не хлыст, — Джеймс скосил глаза вниз, на россыпь припухших следов на коже. — Это ветки. Я… забывал их отводить.
— Да уж, — повторил Сэм. — Ясно. Пойду сделаю чего-нибудь горячего. Чай, кофе, какао?
— Чай, пожалуйста, — пробормотал Джеймс убито.