– Медикам не хватает того, что делает хорошего ученого хорошим, а именно воображения. Они настолько зациклены на своей реальности, что ограничивают себя и не видят того, что находится перед ними! Просто смешно. Чтобы найти решение, нужно суметь его представить. Вот, подай мне красный провод со стола.
Брисеида нашла провод посреди невообразимого беспорядка и передала его отцу.
– А искомое вами решение моей проблемы существует или вы его только вообразили?
– А есть какая-то большая разница между этими двумя понятиями?
Брисеида неловко пожала плечами:
– Я не знаю. Я бы подумала над этим вопросом… Но раз ты так говоришь.
– Абсолютно никакой разницы. Никакой, – сказал Люсьен, глядя на нее пронзительными голубыми глазами. – Проблема медицины в том, что она рассматривает все с точки зрения болезни.
– Что вполне логично…
– Но когда мы говорим «болезнь», то под этим подразумеваем биологическое тело, а значит, и химическую реакцию. С самого начала физическая гипотеза исключается. Просто абсурд!
Люсьен разразился смехом, который поддержал Фрэнсис.
Брисеида напряженно улыбнулась. Они выглядели вполне уверенными в себе!
Два физика провели часть вечера, разбираясь с измерительной системой. Аппарат МРТ, представляющий собой большую горизонтальную трубу с толстой бронированной обшивкой, теперь скрылся под клубком проводов и приборов, словно гигантский паук в своей паутине. Окна были закрыты, и два прожектора освещали пространство, а по другую сторону стеклянной стены гудели четыре компьютера.
– Когда мы говорим о химии, мы обязательно обращаемся к химическим элементам, которые вступают в реакцию, – продолжал Люсьен, склонившись над электронной коробкой, которую он только что вскрыл на правой стороне аппарата. – Таким образом, можно заставить два химических вещества вступить в реакцию, если только они помещены в один и тот же сосуд. В твоем случае, можно сказать, проблема кроется внутри.
– Внутри? – повторила Брисеида.
– Внутри твоего тела. Фрэнсис, ты можешь подключать компенсатор!
– Внутри моего тела? Получается, что проблема не в моем теле? – удивилась Брисеида.
– Все, работает! – сказал Фрэнсис, находясь за огромной стеклянной стеной.
Люсьен поднял голову и одарил дочь красивой улыбкой.
– Нет, это же очевидно. Твой организм в некотором роде синхронно реагирует на внешний источник, с которым ты связана. Сложность заключается в том, чтобы обнаружить его.
– Источник?
– Да.
Он дернул за проволоку, вырвав ее из сложной конструкции, к которой она была прикреплена, и закрыл корпус.
– Вот так!
Отец встал, вытер лицо и посмотрел на нее с забавным выражением:
– Не смотри так! Мы найдем его, твой источник.
– Но что это такое? И почему мое тело реагирует на него? – Брисеида начала терять терпение.
Шею снова начало жечь, и она уже начала жалеть, что не дождалась возвращения доктора Мулена.
– Мы почти у цели. Наберись терпения, и в конце концов ты все поймешь. Вот, гляди, я покажу тебе, как тебе нужно расположиться. Тебе необходимо всего лишь лечь на выдвигающийся стол, вот так, головой к аппарату, а затем мы поместим тебя внутрь трубы. Легче и быть не может. Но тебе придется быть очень осторожной: чтобы у нас был шанс на успех, ты должна будешь оставаться
– Почему? Что может произойти?
– Ничего серьезного… Но это все же эксперимент. Даже если я почти уверен в результате, всегда остается некий фактор неопределенности. В этом, кстати, и заключается прелесть нашей работы.
Брисеида почувствовала, как у нее свело живот. Значит, она была их подопытным кроликом. Она вспомнила телевизионную программу, которую видела несколько недель назад, в которой говорилось о неприемлемости фармацевтических испытаний на животных. В передаче упоминалось, что средняя продолжительность жизни лабораторной крысы редко превышает несколько дней. Биолог пытался оправдать эту расправу, указывая на то, что подобные жертвы спасут множество человеческих жизней в ближайшем будущем. Таковы были правила игры. Игры! Ее отец тоже играл?
– Затем, когда ты уляжешься, Фрэнсис запишет разницу температур между участками кожи, пораженными красным пятном. На самую горячую точку мы направим крошечные электромагнитные волны, которые ты не почувствуешь, но на которые отреагирует твое тело. Твои клетки, чтобы защитить себя, «выключатся», так сказать, и «радиосообщение», посланное тебе источником, вернется к нему как эхо. Наши приемники, эти маленькие зеркала, которые ты видишь повсюду, смогут уловить это эхо и определить положение источника благодаря направлению и размеру волны. Проще простого, но нужно быть физиком, чтобы додуматься до этого.
– Проще простого… – прошептала Брисеида.
– Очевидно, – сказал Фрэнсис, – что мы должны найти правильную энергетическую точку на твоем плече, убедиться, что зеркала расположены правильно, а электрошок верно дозирован…
Люсьен бросил на него недовольный взгляд.
– Все будет хорошо.
Брисеида сглотнула.
