— Это ты не со мной был, — вздохнул Алеша.
— Я его не пущу, — встревожился Фуго. — Если тебе хочется, иди один. Мне Алексей Александрович велел приглядывать за ним.
— А ты, ящик для инструментов, вообще молчи, когда естествоиспытатели разговаривают, — ответил Цицерон. — Мы с Алешей половину Галактики облетали, смерти вот так, глаза в глаза сотни раз смотрели…
— Хватит врать, Цицерон, — перебил его Алеша. — Мы с тобой познакомились меньше месяца назад.
— А жаль, — не обидевшись, мечтательно проговорил робот. — Если бы я знал тебя раньше, в молодости, когда у меня еще не текло масло из шарниров, мы бы с тобой столько наворочали.
— Значит, тебе повезло, Алеша, — снова подал голос мимикр. — Если бы вы познакомились раньше, у тебя бы не было счастливого детства.
Разговор прекратился сам собой. Плохое настроение Алеши как будто передалось его друзьям, и каждый из них решил не доводить дело до ссоры. Мимикр вскоре ушел в каюту к тетушке, рассказать, что произошло. Цицерон сидел и от нечего делать раскручивал и закручивал под коленом гайку, а Алеша, полежав немного, незаметно для себя уснул. Ему снился сон о том, как он путешествует по дикой планете, населенной гигантскими хищниками. Прожорливые звери гонялись за ним с ножами и вилками, клацали страшными зубами, и иногда Алеша вскрикивал во сне, а Цицерон тихонько успокаивал его:
— Тихо, тихо, Алеша. Если я в твоем сне есть, быстро лезь ко мне на плечи — испытанный способ.
Проснулся Алеша ближе к вечеру. Повар ходил по жилому отсеку корабля и бил колотушкой в сковородку, собирая остатки команды и пассажиров на ужин.
За столом все обсуждали последние события, и Алеша скоро понял, что самое главное он проспал. Оказывается, через два часа после отъезда Эдуард Вачаганович сообщил по рации, что на научную станцию с гор обрушилась лавина и полностью погребла ее под собой. Но по счастливой случайности все работники станции находились на улице и вовремя успели убежать в джунгли. На маленьком клочке бумаги, который штурман Вася случайно нашел в близлежащем лесу, было написано:
«Все живы, легко ранен радист. Вручную разобрать завал невозможно, поэтому уходим подальше в джунгли для постройки временного лагеря. Удалось захватить кое-какие инструменты. Берем направление точно на юг. Берегитесь зы…»
Кусок записки был сильно измят и подпорчен росой, но было видно, что бумага недолго пролежала в траве.
Больше всего членам экипажа не понравилось то, что от записки кто-то оторвал кусок с текстом. Ведь по всем данным до ближайшего поселения жителей планеты было не менее семидесяти километров, никакого транспорта у аборигенов не было, а путешествовать по диким джунглям без современного оружия было крайне опасно.
Но самое странное произошло потом. Эдуард Вачаганович сказал, что ученые не должны были уйти далеко, поэтому они отправляются на их поиски и надеются к вечеру следующего дня вернуться. В последний раз капитан связался с кораблем около часа назад. Он сказал, что они одолели двадцать три километра, а сейчас собираются остановиться на привал и перекусить. Затем из рации послышался странный шум, крики, и через несколько секунд все стихло. Сколько корабельный радист их ни вызывал, на связь больше никто не выходил — капитан корабля, штурман Вася и Николай попали в какую-то передрягу и скорее всего им срочно нужна была помощь.
Перед ужином радист связался с планетой Анибур, с которой можно было вызвать команду спасателей, и там пообещали послать специальный корабль, но только когда спасатели вернутся с задания.
Когда Алеша узнал все подробности, он бросил вилку на стол и громко воскликнул:
— Так что же мы сидим? Их же надо спасать!
— Шустрый какой, — сказал помощник капитана Павел Васильевич. — Чтобы спасать, нужен нормальный вездеход или хотя бы боевое оружие, а у нас — одноместный прогулочный катерок, столовые ножи да вилки. Пешком не успеем на сто метров от корабля отойти — сожрут. Вот прилетят спасатели, тогда да — направление известно, прочешем все джунгли в округе.
— А если им помощь нужна сейчас? — не унимался Алеша. — Если потом будет поздно?
— Ты не кипятись, — поддержал Павла Васильевича повар Михаил. — Слушай, что старшие говорят. Пойдем сейчас: и их не спасем, и сами погибнем. Ждать тоже нужно уметь.
— Ждать-то вы, я вижу, умеете, — вставая из-за стола, презрительно сказал Алеша.
— Ах ты, сопляк! — разозлился повар. — Я, к твоему сведению, до того как стал поваром, работал разведчиком.
— Да, — покидая столовую, проговорил Алеша. — Шпионили за сосисками.
