Определённо, Пролейко был движущей силой всего процесса.
Вот только с кем он сегодня меня собирается познакомить?
Пролейко, коротко представивший их друг другу, оставил их одних, заявив на прощание Брябрину:
— Взгляды, уровень знаний и широта рассмотрения вопросов Иваном, будут определённо полезны вашей лаборатории. Общайтесь и задействуйте его.
Вот как… значит, именно на этом вундеркинде, выступившем связующим звеном между «подрастающим поколением» и «теми, кто принимал решения», в сём уютном местечке, входящем в структуру МЭП-а, изначально обкатывались идеи по информатизации системы школьного и вузовского образования, которые столь активно (с привлечением ТВ, показывавших на всю страну первые классы микро-ЭВМ в крупнейших городах страны и Зеленограде) и настойчиво начали внедрять осенью.
— … Чем именно ты занимался, Иван?
— Тестировал прототипы тех трёх машин, что пошли в серию для системы народного образования и те версии языка бейсик, что были «вшиты» в их ПЗУ.
— Понятно. И какие выводы ты сделал?
Да, вариант с Бейсиком, позволяющим в условиях ограниченных пока по периферийному оборудованию (без НГМД и печатающих устройств) «школьно-бытовых ЭВМ», достаточно легко показать (и использовать для разных математических расчётов!) подрастающему поколению возможности ВТ, был хорош.
Хотя, как уже знал Брябрин, автор учебника школьной информатики Ершов, выступавший в прошедшее десятилетием «двигателем» тех, кто группировался вокруг его идей в ВЦ Сибирского отделения АН СССР, Новосибирского универа и т.д., был не очень доволен тем, в какой спешке всё неожиданно стало двигаться и какую роль ныне играл глава «Межведомственного бюро», воспользовавшийся, как считали многие, своим постом ради интересов МЭП, на предприятиях которого производилось ⅔ разворачивающегося производства будущей массовой техники для школ. И, несмотря на высокую цену, все эти «школьно-бытовые ПЭВМ», засчитывались в план МЭП-у как товары народного потребления(ТНП) и имели гарантированный сбыт (все 100% произведённых ПЭВМ забирал Минпрос для школ и ВУЗ-ов).
Но то, что Ершова, имевшего авторитет даже за границей и в прошедшем, 1981-м на 3-й Всемирной конференции Международной федерации по обработке информации и ЮНЕСКО по применению ЭВМ в обучении в Лозанне (Швейцария) сделал нашумевший и тепло принятый доклад под названием «Программирование — вторая грамотность», замминистра МЭП смог слегка подвинуть в деле информатизации образования в Союзе, говорило обо многом. Как и о перспективах того, во что вовлекалась ныне Лаборатория самого Брябрина.
— … Оценивал, с точки зрения школьника, что выдали в прототипах заводские КБ и ИНЭУМ.
Вообще, конечно, слушать подобную фразу от ребёнка 8 лет, было невероятным.
«Иван — не просто ребёнок-вундеркинд, у него практически сознание взрослого человека. На него несколько лет назад, пусть и случайно, обратили внимание товарищи из компетентных органов, анализировавшие какую-то американскую программу применения химических средств для… влияния на работу мозга и вышедшие на природный феномен Ивана у нас. Какие выводы при его изучении они сделали — не наше дело, но его, из-за проявленного им интереса к ЭВМ, пристроили под моё крыло и, вы знаете… — я не пожалел! Он — не обуза, а, в некотором роде, гений, которому нужно поле деятельности, чтобы раскрыться. Этим полем деятельности оказалось программирование. Чтобы вам понять его уровень… он за месяц освоил ассемблер IBM PC. Возможно, он уже сейчас будет вам полезен… в ваших задачах. Так и на перспективу.»
Заявленное замминистром МЭП было, конечно, крайне многообещающим. Но всё должно было решить личное общение.
— А подробнее можешь сейчас пояснить?
— Насчёт «харда» или «софта»… аппаратной или программной части?
— Давай и так и так… — несколько оторопело ответил я, подивившись столь лёгкому использованию (откуда? В «Циклоне» тут у кого-то набрался… видимо…) малолеткой специфической англоязычной терминологии.
Выслушав скептически-желчное — … В серию пошли три мало совместимых, несмотря на одинаковый микропроцессорный комплект… даже на уровне машинного кода из-за разного устройства экранной части памяти… машины. И те рекомендации, которые я готовил для товарища Пролейко… по разным причинам были фактически проигнорированы разработчиками. Как и советы насчёт единого для всех стандарта русификации… из-за чего программы на вшитом бейсике плохо переносимы между машинами через накопитель на кассетной ленте… там все русские надписи надо править… да много чего. Одни, по памяти на ЕБСДИК, ориентируются, другие самопальную «русскую ASCII» сооружать начали. И у каждого свои аргументы, а единый стандарт, так и не родили… кто бы стал слушать школьника, хорошо, что не знали, кто им рекомендации сочинял… а так вообще бы авторитетами своими придавили сопляка…
Я, разумеется поинтересовался, как его вообще подпустили к такому серьёзному вопросу и дорогой технике изначально.
