ЦРУ. Правдивая история полностью

Подобных триумфов на долю Хелмса и его офицеров выпало не так уж много. Количество допущенных ошибок и откровенных провалов было куда больше. «Операции ЦРУ снова создали нам большие проблемы», – сообщил Люку Бэттлу, новому заместителю госсекретаря по Ближнему Востоку, Египетский отдел Государственного департамента. Правитель Египта, Гамаль Абдель Насер, жаловался – причем не впервые и не без причины, – что ЦРУ пытается свергнуть его правительство. «В ЦРУ, по-видимому, рассчитывают, что подобные инциденты можно скрыть, – говорилось в донесении Бэттлу. – Но этого никак нельзя допустить».

Бэттл хорошо знал, что может вызвать деятельность ЦРУ в Египте. Он работал там американским послом, когда один беспечный офицер неосмотрительно рассказал об отношениях агентства с видным редактором каирской газеты по имени Амин Мустафа. Амин был близок к Насеру; ЦРУ щедро платило ему за информацию и публикацию проамериканских новостей. Шеф Каирской резидентуры дал послу намеренно ложную информацию об отношениях агентства с Амином. «Но ведь на самом деле он числился в нашей платежной ведомости, – сказал Бэттл. – Брюс Оделл [оперативный руководитель] регулярно встречался с Амином Мустафой. Я-то был уверен, что никаких денежных махинаций в Египте не проводилось, но при аресте Амина Мустафы была снята на камеру именно такая сделка». Этот случай нашел отражение в соответствующих публикациях по всему миру, и на снимках красовался Оделл, работавший под дипломатическим прикрытием. Амина судили за шпионаж, жестоко пытали и в конце концов заключили в тюрьму на девять лет.

Хелмс пытался создать атмосферу доверия в ЦРУ. Он надеялся, что в сентябре 1967 года президент Джонсон выступит в Лэнгли, штат Вирджиния, перед личным составом во время праздничной церемонии, посвященной двадцатой годовщине агентства. Но Линдон Джонсон так и не приехал в ЦРУ. Он послал вице-президента Хэмфри на церемонию, и тот выступил с характерной энергичной речью. «Вас будут критиковать, – сказал он. – Но не критикуют только тех, кто ничего не делает, а мне бы не хотелось, чтобы агентство скатилось к такому состоянию».

ЦРУ не смогло бы пережить постоянную критику изнутри правительства, тем более со стороны общественности. Его выживание целиком зависело от секретности. Когда информация об операциях ЦРУ просачивалась в газеты, она была способна уничтожить последние остатки веры в это когда-то могучее ведомство.

30 сентября 1967 года Хелмс изложил новые руководящие принципы для проведения секретных операций и направил их в каждое отделение ЦРУ по всему миру. Впервые в истории ЦРУ руководители различных подразделений и их начальство получили достаточно четкие инструкции и могли руководствоваться определенным выбором. «Пересмотрите все проекты на предмет их политической восприимчивости», – гласил приказ. Сообщите в штаб о личностях «иностранных политических деятелей, как из числа правительственных чиновников, так и оппозиции, а также о военачальниках, которые числятся на тайном американском довольствии». Никакая денежная сумма, потраченная на секретную операцию, не считалась в этом смысле слишком маленькой и незначительной, чтобы о ней не сообщить. «Первоочередное внимание следует уделить политической восприимчивости нашей деятельности и ее согласованности с американской внешней политикой».

Поток наличности прогоревшим иностранным агентам, третьесортным газетам, неконкурентоспособным политическим партиям и на другие безрезультатные операции начал потихоньку иссякать. Число крупных операций политической войны в Западной Европе стало уменьшаться. ЦРУ уделяло повышенное внимание горячим точкам в Юго-Восточной Азии и холодной войне на Ближнем Востоке, в Африке и Латинской Америке.

Но была еще одна война, которая разворачивалась и в пределах собственной страны. Президент только что поручил Хелмсу предпринять самую секретную в политическом отношении операцию: шпионаж за американцами.

Президент Джонсон опасался, что растущее антивоенное движение приведет к его изгнанию из Белого дома. Но в итоге это сделала сама война…

В октябре 1967 года к первой крупной антивоенной демонстрации в Вашингтоне присоединилась и горстка аналитиков ЦРУ. Президент рассматривал всех протестующих как врагов государства. Он был убежден, что движение в защиту мира управлялось и финансировалось из Москвы и Пекина. Но ему требовались доказательства. Он приказал Ричарду Хелмсу их раздобыть.