За спиной нехорошо заурчали в несколько глоток. Должно быть та парочка выяснила, кто виновник поднявшегося переполоха, и теперь меня преследуют сразу трое – считая подстреленного.
Бегаю я быстро и происходи дело в другом месте, шансы уйти безнаказанно велики. Но только сейчас осознала, что лучше бы вообще не заходила на станцию. Пусть открытое всем взглядам скошенное поле, пусть что угодно, но только не это. Ведь теперь у меня остался всего лишь один путь – мчаться между поездами. То есть нет свободы маневра, а это очень плохо. Конечно, можно перебраться через железнодорожные пути под вагонами, а затем перелезть через бетонную стену, но это потеря времени и риск, я ведь понятия не имею, что там окажется, вдруг столкнусь с другими зараженными, которые тоже сбегаются на шум.
Пистолетный выстрел слышно издали, плюс дрон приманивает тварей ультразвуковой пищалкой, поэтому вперед – только вперед.
О нет…
Впереди меня ждали. Нехорошо выглядевший мертвяк выползает из-под вагона и вот-вот начнет подниматься с колен прямо на моем пути. Одежды на нем не осталось вообще, из обуви сохранилось лишь что-то замызганно-неузнаваемое на левой ноге, плечевой пояс деформирован до характерной сутулости, кожа желтовато-серая, сморщившаяся, волосы слиплись в омерзительную массу с трех сторон окружающую сильно раздувшийся споровый мешок. Этот противник куда развитее того, которого я ранила и, следовательно, проворнее.
Далеко не самый опасный, но неприятный.
Подавив инстинктивное желание пробраться под вагоном на следующую дорожку между поездами и по ней попытаться обогнуть опасного зараженного, я рванула вперед напрягая все силы. Глупо оставлять столь неприятного противника за спиной, если есть возможность его уничтожить. Мертвяк сейчас в уязвимом положении, это надо использовать. Может бегает он хорошо, но вот ползает так себе – не впечатляет. Однако вот-вот выберется, поднимется, и перекроет путь. Хорошо бы выстрелить в него прямо сейчас, но нельзя, велик риск промаха – слишком далеко для меня, и это усугубляется успевшим сбиться при беге дыханием. К тому же в этом случае нужно попасть как можно точнее. У тварей на начальных стадиях развития мозг как бы скукоживается, все ненужное исчезает, так что даже выстрел в голову не всегда выводит их из строя. Желательно точно поражать центральную область представив, что посреди деформированного черепа располагается апельсин, любое повреждение которого приводит к мгновенной смерти. Еще вариант – разнести споровый мешок. Но он в районе затылка, его с такого ракурса не разглядеть, зараженный начал посматривать в мою сторону повернув голову.
Если скукожившийся мозг как цель не нравится, можно пальнуть в шею или чуть ниже ее – в грудной отдел позвоночника. Но для меня это еще труднее.
Я ведь с пистолетами не дружу.
Зараженный, наконец, выбрался из-под вагона, начал стремительно выпрямляться, одновременно разворачиваясь в мою сторону. Опасаясь чрезмерно приближаться к такому непростому противнику, я резко остановилась, вскинула правую руку, левой придержала запястье, выстрелила в тот миг, когда зараженный сорвался с места. Но этот рывок не отразился на результате, пуля попала куда надо – чуть левее носа. Череп еще не успел укрепиться, армированные бляшки тоже не сформировались, так что результат закономерен – мертвяк завалился на бок при этом головой приложившись о колесо вагона.
Хорошо стукнулся – с хрустом.
Этот точно отбегался.
На расправу с этим противником я потратила не больше трех секунд, но за это время урчание за спиной заметно усилилось – твари опасно приблизились. Не оглядываясь, рванула дальше и тут же не удержалась на ногах, упала, непроизвольно вскрикнув от страха смешанного с удивлением.
Нет, я не споткнулась, впереди не обо что спотыкаться, надо быть Лолой, чтобы грохнуться на ровном месте. Все дело в том, что кто-то неожиданно ухватился за мою лодыжку. Правда, удержать захват не сумел, при падении нога высвободилась. Я больно приложилась о землю усеянную выпирающими кусками острого щебня, и не обращая внимание, что травмирую ладони о камни, помогая себе руками, что есть силы рванулась вперед, стремясь разорвать дистанцию с кем-то, кто так коварно меня схватил. Подниматься нет времени – второй захват может задержать до подхода нагоняющей парочки, и тогда я столкнусь с настоящими проблемами.
Все, вроде бы отскочила немножко и даже на бок при этом ухитрилась перевернуться. Теперь, можно оглянуться и посмотреть – в чем тут дело.
Дело, разумеется, в очередном мертвяке. Тот, которого я только что убила, не единственный, кто догадался пробраться понизу. Еще один зараженный влез под вагон, протянул грязную лапу, успел ухватить меня за ногу. Сейчас он занимался тем, что с урчанием подползал ко мне и вот-вот мог повторить то же самое, а затем пустить в дело зубы.
Вскинув руку, я выстрелила не тратя время на прицеливание – цель не из быстрых, а расстояние смешное.
