– Я помню эти фотографии, но они мне ничем не помогли. Сегодня за обедом девочка сумела меня удивить. Кстати – уже не первый раз.
– И чем же?
– Посмотри сюда.
Полковник протянул квазу планшет, включив перед этим воспроизведение ролика снятого с камер в зале, где сегодня на обеде избранным показали девушку из Цветника. Запись была непродолжительной, ее смонтировали по просьбе Лазаря. С разных ракурсов там демонстрировался один и тот же эпизод – всего лишь пять секунд на каждую камеру, в сумме выходило пятнадцать.
– И зачем ты мне это показал? – спросил Дзен.
– Не видишь ничего интересного?
– Нет.
– Присмотрись получше, повтор сделай.
– Если я ткну своей лапой в твой смешной планшетик, он больше ничего и никогда не покажет.
– Верни назад, немощь криворукая. На вот, смотри.
– Ну смотрю, и что дальше?
– Как же с тобой тяжело… Ладно, давай в замедлении попробуем. Вот, полюбуйся, твоя орхидея сидит, будто замороженный лом проглотила и печально смотрит на тонну мяса, которую перед ней вывалили. Вот ты решаешь продемонстрировать свою джентльменскую натуру и чуть ли не через весь стол бросаешь нож. Вот нож торчит в столешнице, а вот и конец фильма. Ты по прежнему ничего не заметил?
– Неа.
– Да как ты вообще ухитрился все эти дни без меня прожить? На тебя трактор с небес урони, не заметишь.
– Лазарь, я ценю тебя за твою голову, но сейчас мне кажется, что язык в ней – явно лишняя деталь. Давай поближе к делу, пока я не огорчился.
– Не на себя любуйся, сатрап, на нее смотри.
– Смотрю.
– Вот обрати внимание, ты только-только потянулся к ножу. Быстро потянулся, даже в замедлении это понятно. Но посмотри на азовскую, она синхронно с тобой чуть-чуть поворачивает голову. Совсем чуть-чуть, но повернула. Ловит тебя в поле зрения, ты только шевелиться начал, а она уже отреагировала. Вот ты замахиваешься, а она… Вот, сейчас, смотри, с нижней камеры картинка. Видишь? Ступня пошла вперед, она упирается в перекладину, что посредине тянется. Теперь у нее есть точка опоры, если оттолкнуться, быстро завалится вместе со стулом. Это нам с тобой несложно провернуть, для нее такой стул тяжелый, а она мелковата, вот и изощряется как может. Вот, она все еще смотрит на тебя, нож полетел. И вот главный момент: Элли отворачивается, нога расслабляется, ступня возвращается на прежнее место. Теперь увидел?
– Допустим.
– У тех иммунных, которые провели здесь уйму времени, реакция повышается, это широко известный факт. То, что у квазов она еще выше – тоже факт. Ты быстрее всех нас, уж не мне это тебе объяснять. Но что мы видим в этом коротком кино? Ты только ухватился за нож, а на тебя уже смотрят и контролируют; ты начал замахиваться, а она тут же приготовилась падать вместо со стулом; ты бросил нож, и тут она резко расслабилась. Вот, посмотри конец этой записи – нож втыкается в стол, на ее лице при этом ничего не дрогнуло. Как сидела, так и сидит, будто ее это не касается. Ты все понял? У нашей Элли реакция не чета твоей – не девочка, а молния. Фотографии в купальниках я помню, но она там одна из многих, к тому же, это просто статичное изображение. Не исключено, что у нее и с мускулатурой не все стандартно, ведь реакция явно нечеловеческая. Или до тебя и сейчас это не дошло?
– Да понял я, прекрасно понял. Да, реакция у нее, что надо. Еще чуть-чуть, и она бы начала реагировать до того, как я потянулся за ножом.
– Вот и я о том же. Первый раз с таким сталкиваюсь, реакция и скорость принятия решений невероятные.
– Где ты откопал такую интересную малышку?
– Сам знаешь, где.
– Спрошу иначе – откуда она взялась?
– Родилась здесь.
– Здесь – это в смысле именно здесь? Ребенок Стикса?
– Получается так, но их по разному называют.
– Например?
Полковник на несколько секунд задумался, потом пожал плечами:
– Из головы вылетело. Что-то с пасекой связано, вспомнить не могу. А, вот – цветы Улья. Это в ее личном деле так написали, да и до этого слышал.
– Оригинально – цветок в Цветнике. Только не пойму, Лазарь, при чем здесь пасека?
– Какая пасека?
– Ну ты же говорил, что с пасекой название связано.
– Ульи во внешних мирах на пасеках держат, вот и связано.
– Странноватая ассоциация… Вообще-то азовскую осматривали наши знахари, они говорят, что она нормальный человек.
– Дзен, нормальных людей не бывает. Есть какие-то рамки, из которых выбиваются чуть ли не все иммунные. Ты же знаешь, что попав сюда, мы становимся другими.
– Ну да, достаточно взглянуть на меня, – уродливо усмехнулся генерал.
– Вообще-то, я о мозгах говорю. Одни изменяются почти незаметно, другие сильно, некоторые превращаются в явных психов. Эта девочка никуда не попадала, она родилась здесь и никогда не бывала во внешних мирах. Но все равно она ненормальная.
– Ну да, согласен, как и все мы.
– Я наводил справки, оказывается, у таких вот цветочков Улья хватает сюрпризов. И проблемы с умениями бывают, или наоборот – отсутствие малейших проблем, и аномалии физического развития, и серьезные изменения в органах чувств, и проблемы с общением. В общем – всякое.
