Семон сурово дёрнул за верёвку, привязанную к запястьям Андерса, и чистокровный тупица растянулся посреди пыли и костей. Бетрим бросился вперёд и поднял Андерса на ноги. У того из-под волос показалась струйка крови, стекала к носу и капала с подбородка на землю, которая её тут же впитывала.
– В Тигле есть кто-нибудь, кого ты не бесишь? – тихо спросил Бетрим Андерса.
– Хм… Нет. Думаю, нет таких.
Они шли всё дальше в Костьбище, брели по извилистому пути среди костей. Семон иногда дёргал верёвку Андерса, но после второго падения лицом в пыль Андерс стал умнее и научился справляться с рывками, к большому раздражению Семона. В какой-то момент птица каррок, преследовавшая их весь последний день, исчезла, а потом вскоре в небе появились уже две тени. Бетрим поднял глаза и увидел двух кружащихся птиц, наблюдающих и ждущих. Вид был совсем не успокаивающий.
Они остановились на небольшой поляне среди костей. Слева на них двумя тёмными безднами глазниц таращился череп гигантского слона. А справа ему подражал череп ещё больше, но Бетрим не знал, какому животному он принадлежал. В центре поляны не было ни укрытия, ни тени от солнца, и в землю было вкопано восемь больших деревянных столбов.
Солдаты из Тигля спешились и принялись готовить площадку. Вскоре Генри и Бетрима затолкали в центр и крепко привязали к столбам, крепко связав руки позади них. Стоять так было неудобно. Когда солдат закончил привязывать Генри, он встал перед ней и сильно ударил слева по лицу. Её голова откинулась вбок и шляпа полетела на землю. Взгляд, которым она одарила солдата, заставил его отступить назад. Она сплюнула полный рот крови.
Затем солдат приблизился к Бетриму. Хорошие зубы были у этого солдата. Бетрим как раз представлял, как выбивает их, когда кулак ударил его в живот. Когда привязан к столбу, трудно согнуться пополам. Так что Бетрим просто повис, без воздуха в лёгких, задыхаясь, как рыба.
– И это… – проговорил он, после того, как несколько секунд часто хватал воздух ртом. – И это всё? Попробуй ещё раз. Сильнее.
Солдат подчинился. Ещё два раза кулаки ударили в живот, и снова Бетриму пришлось потратить какое-то время, напоминая телу, как дышать.
– Продолжай, – сказал он солдату. – Ещё разок на удачу.
На этот раз мужчина врезал Бетриму прямо по лицу. Раздался треск, и Бетрим ощутил вкус крови, почувствовал, как она бежит по лицу. Не говоря уже о сильной боли, которая всегда сопровождает перелом носа.
– Ладно, – он закашлялся и сплюнул. – Начинаю понимать, о чём ты.
Солдат расхохотался и пошёл прочь, оставляя Бетрима истекать кровью и радоваться, что верёвка на запястьях привязана крепко. Иначе Чёрный Шип рухнул бы, а такого никто не должен видеть.
Когда Бетрим поднял глаза, он увидел, что Андерс проводит время ещё хуже. Солдат, очевидно, проинструктировали не церемониться. Пьянчуга валялся, скрючившись, в пыли и принимал пинки от двух мужиков, каждый из которых был вдвое больше него.
Потом женщина, которую он называл Лиша, соскочила с лошади и приблизилась, держа в руке маленький и очень блестящий ножик. Когда она подошла, два солдата прекратили пинать и отступили на шаг.
– Андерс, – сказала женщина, глядя на чистокровного пьянчугу, словно он был чем-то, во что она только что вступила.
– Лиш, – выговорил Андерс окровавленными губами. – Как всегда рад тебя видеть, разумеется. Я бы поклонился, но боюсь, земля сейчас немного слишком удобная. Может, ты присоединишься ко мне здесь?
Женщина помахала перед ним ножом.
– Я хотела отрезать тебе яйца, в качестве трофея.
Бетрим увидел, как Андерс улыбается. Он подумал, что нужно настоящее мужество, чтобы улыбаться от такой угрозы.
– Уверен, твоему мужу это понравится. Мои всегда были настолько больше, чем у него.
Женщина взмахнула ногой и пнула Андерса в лицо. Он перекатился на спину, и лежал, постанывая.
– Муж дал мне чёткие приказы. Ты должен хотеть жить. До самого конца. Жаль, нельзя забрать у тебя ничего, отчего ты сдашься.
– Точно, – сказал Андерс. – Это было бы ужасно невежливо…
– Держите его! – приказала женщина, и три солдата выдвинулись вперёд и прижали Андерса к земле. Один из них взял его правую руку и вытянул перед собой, заставив широко расставить пальцы.
– Погоди, – крикнул Андерс, и теперь нотки паники отчётливо слышались в его голосе. – ПОГОДИ! Что ты делаешь? Лиш! Погоди!
Женщина его проигнорировала. Она установила нож у мизинца Андерса, прямо над первой костяшкой, и подождала, убедившись, что он видит, убедившись, что он смотрит.
– Нет…
Нож опустился, и Андерс закричал.
Женщина подняла отрезанный палец и ткнула Андерсу в лицо. Звук, который он издал, был похож на долгий вой. Потом женщина отбросила палец прочь.
– Это за Элайзу. Ещё четыре на очереди.
Бетрим стиснул зубы, сплюнул кровью и заговорил, пока всё не стало ещё хуже.
– На твоём месте я б этого не делал.
Женщина посмотрела на него.
– А то что?
