Джейкоб дал минутку собравшимся перед ним, чтобы они заметили его плащ. Скорее всего, они охотнее станут отвечать на вопросы, если будут знать, что он часть Инквизиции.
– Я ищу человека, известного как Чёрный Шип, – сказал Джейкоб, повышая голос, чтобы слышно было во всём складе. Некоторые осматривались вокруг, словно пытаясь отыскать его жертву, но Джейкоб уже осмотрел все лица, и при помощи куда лучшего зрения, чем у всех этих жалких субъектов, пришёл к заключению, что Шипа среди них нет.
Самый большой человек из всех, кого когда-либо видел Джейкоб, выступил вперёд и сплюнул на покрытый пылью пол.
– Один раз сегодня я уже продал друга. Блядью буду, если сдам его чёртову арбитру.
Гигант упёрся на левую ногу и правой рукой махнул в сторону Джейкоба массивным мечом. Джейкоб быстро подошёл и молниеносным ударом по руке гиганта заставил его уронить меч. Гигант с рёвом бросился на него, и Джейкоб сцепился со здоровяком руками. Прошло уже много времени с тех пор, как он по-настоящему испытывал свою силу, и горел желанием узнать, кто сильнее.
Своими руками, державшими руки гиганта, Джейкоб толкал, а гигант толкал в ответ. Сила здоровяка была превыше человеческой, и Джейкоб чувствовал пот, бежавший по его лицу. Оба мужчины рычали и фыркали друг на друга. Его благословения начали чесаться, поскольку он взял из них слишком много мощи.
Сила гиганта была нечеловеческой, но и сила Джейкоба тоже. Его сила была священным даром. Может, он и был неудачным экспериментом, но лишь наполовину неудачным. Благословения были успешно переписаны на его кожу, но процесс разрушил его разум. Джейкоб знал, что его разум разрушен, знал, что не может отличить хорошее от плохого, и знал, что музыка, которую он слышит, нереальна, но контролировать этого он не мог. И именно это он не хотел контролировать.
Он услышал, как гигант потрясённо вдохнул, за миг до того, как почувствовал, что запястье здоровяка сломалось. Гигант взревел от боли, но лишь на секунду. Джейкоб занёс кулак и ударил его в грудь. Почувствовал, как ломаются рёбра под его кулаком, и своим усиленным слухом услышал, что сердце гиганта остановилось. Массивный труп покачался немного, прежде чем рухнул на пол в клубах пыли.
Одна песня заканчивается, другая начинается.
Женщина хрипло гортанно закричала, голосом полным боли и гнева. Потом она бросилась на Джейкоба, и не она одна. Партнёры со всего склада стали сходиться на Джейкоба.
Он позволил музыке захватить его.
Первым его партнёром оказался молодой человек с русым пушком над верхней губой и длинным ржавым мечом. Джейкоб качнулся в ритме партнёра, развернулся в ждущие объятия мужчины, и его локоть попал тому в лицо. Кость сломалась и расщепилась от силы удара, а Джейкоб выхватил меч из вялой руки партнёра, вонзил ему в грудину и стал подыскивать следующего.
Вторым партнёром стал пожилой мужчина с рассечённой губой. Он бросил копьё в Джейкоба. Тамплиер с первым ударом барабана поймал копьё, со вторым отломил наконечник и с третьим бросил обратно владельцу.
Он видел, что женщине со шрамом так сильно хотелось добраться до него, так сильно хотелось слиться с ним в танце, но между ним и ней стояла стена других партнёров.
Два следующих партнёра Джейкоба прожили всего лишь два такта. Первый умер от перелома шеи, а второй от топора первого в черепе.
Очередным партнёром стал более элегантный пожилой мужчина с седыми волосами и тяжёлыми руками. Железная булава пролетела в сторону головы Джейкоба, и вмиг он насладился прекрасной симметрией фланцев и заметил крошечное пятнышко засохшей крови внутри одного из них, несомненно, оставшееся от прошлого использования оружия. Джейкоб пригнулся под булавой, взялся за рукоять и повернулся, увлекая за собой тяжелорукого партнёра, выводя его из равновесия. Одного удара хватило, чтобы разбить руку мужчины. Джейкоб вывернулся от партнёра, прихватив булаву, и развернулся обратно. Булава соединилась с лицом партнёра, и кровь, кости и мозги вырвались из расколотого месива. Кто-то прокричал женское имя, но Джейкоб из-за музыки почти ничего не слышал. Он искал очередного партнёра.
Женщина со шрамом на шее, рыча, бросилась на Джейкоба, и он возрадовался. Быть может, партнёрша напомнит ему о Саре. Он голой рукой отвёл меч и потянулся к шее женщины. Между ними обрушился другой меч, и Джейкоб отскочил, убрав руку как раз вовремя, чтобы её не отрубило. Благословения делали его сильным, но от них он не стал неуязвим для холодной стали. Мужчина, державший меч, был точной копией тяжелорукого партнёра, только моложе. Меч снова и снова тыкал в Джейкоба, и каждый раз он уклонялся или уворачивался. А потом Джейкоб пропустил мимо себя один выпад и положил руку на грудь мужчине. Почувствовал, как рёбра хрустят от его силы, и мужчина улетел прочь. Его меч с металлическим лязгом ударился об пол.
Так много партнёров, и так много музыки. Следующие четверо умерли слишком легко. Один с пробитой гортанью. Двое от собственных мечей в животах, а четвёртый от сломанной шеи.
