– Видишь ли, в чём дело, Генри. В отличие от остальных членов нашей старой команды, я немного покопался в твоём прошлом, – Шустрый оглянулся на своего телохранителя, а Генри потрясла головой, пытаясь стряхнуть яркие огоньки перед глазами. – Оказалось, что Красная Генри на самом деле – Генриетта Вирт. Она чёртова аристократка, и я не имею в виду чистокровных Диких Земель, о нет. Генри явилась сюда из Пяти Королевств. Она, блядь, незаконнорожденная королевских кровей.
Она не понимала, откуда он мог это узнать, но понимала, что он должен умереть. И он и его телохранитель. Некоторые секреты принадлежали Генри одной, и если надо, она будет защищать их до последней капли крови.
Шустрый посмотрел мимо неё, и ухмылка сошла с его лица.
– Кажись, к ней прибыло подкрепление. Отложим это на потом – буду не прочь снова позабавиться с твоей королевской пиздой, прежде чем убью.
Генри удалось отбить первый удар Шустрого, но второго она даже не видела. Она почувствовала, как кулак коснулся её челюсти, а после уже не чувствовала ничего.
Андерс
Словно мало было побега от ужаса склада, Андерс теперь тяжело дышал от быстрой пробежки, и начинал подозревать, что по меньшей мере одно ребро, возможно, сломано. Благодарить за это следовало Шустрого и его хаарина, и к несчастью, похоже было, что он получит свой шанс отплатить. С учётом того, как прошла их прошлая встреча, это было не то, чего он ждал с нетерпением. Но по крайней мере с ним был Чёрный Шип. Когда они заметили, что Генри нет, то оглянулись и поняли, что Шустрый тоже исчез, и не нужно было быть гением, чтобы догадаться, что маленькая убийца отправилась следом за человеком, который причинил ей так много боли.
Пока они не услышали боевой крик Генри, они не знали, куда она делась, и если бы не её пронзительный голос, вряд ли они когда-нибудь её нашли. И всё же, Андерс не очень-то привык бегать, и к тому же был не в лучшей форме. На самом деле ему требовались все остатки стойкости духа, чтобы не остановиться и не извергнуть обед на улицы Чада.
Когда они приблизились, Шустрый их заметил. Андерс видел, как чистокровный ублюдок ударил Генри, и она тяжело упала – рухнула на землю безвольной кучей и не двигалась. Несмотря на одышку, на жжение в груди и уверенность, его безнадёжно превосходят, Андерс вытащил меч и побежал быстрее, оставив Шипа позади.
Андерс бросился на Шустрого, а ублюдок парировал удар, а потом нанёс свой, от которого Андерс уклонился.
– Сузку, разберись с Шипом. Не убивай его, просто придержи, пока я не кончу этого еблана, – сказал Шустрый, а затем перенёс всё своё внимание на Андерса. Как раз тогда Андерс понял, что самым вероятным исходом этого затруднительного положения будет его смерть. Но всё же не впервые Андерс Брекович стоял перед лицом верной смерти. На самом деле у него уже практически вошло в привычку выживать, несмотря на неминуемость кончины.
Шустрый выбросил короткий меч. Андерс парировал своим более длинным мечом и быстро провёл атаку на правую руку оппонента. Шустрый со смехом отпрыгнул назад. У него было преимущество в силе и в скорости, но у Андерса был больше радиус поражения и, как он надеялся, немного больше умения. В конце концов, его обучал лучший мастер Тигля. Хотя, разумеется, полжизни на полах разных таверн могло немного ослабить его навыки.
Андерс быстро атаковал Шустрого справа, а потом отскочил влево, дико взмахнув приблизительно в сторону оппонента и испустив театральный вопль. Шустрый парировал первую атаку, отбил вторую и попытался проткнуть Андерса. Его спас лишь быстрый отскок.
Андерс решил, что потеря пальца, даже самого маленького, приводит к значительному ухудшению контроля над мечом. Не говоря уже о том, что болело всякий раз, как он сжимал рукоять, то есть, во время боя на мечах вроде этого, всё чёртово время.
Он избежал очередного выпада Шустрого, и проворно, хоть и слегка нетрезво, отскочил прочь.
– Вам не кажется, что вы причинили мне уже достаточно вреда за один день? – спросил Андерс своего получистокровного противника. – Я бы сказал, что было бы даже честно с вашей стороны, если бы вы позволили мне немного потыкать вас острым концом в качестве расплаты. Обещаю, я легонько.
– Почему вы, чистокровные ебланы, так любите болтать? – спросил Шустрый.
Андерс рассмеялся.
– Горшок… Чайник… Чёрный.
– Чё?
– ХА! – Андерс набросился на Шустрого, стараясь провести выпады, используя все преимущества своего более длинного меча. С раздражающей лёгкостью Шустрый парировал все удары. На последнем получистокровный ублюдок обошёл меч Андерса и схватился за рукоять. Он пытался ударить Андерса по лицу, но тот видел удар и вовремя отвернул голову. Кулак попал по уху, и боль снова заполыхала.
