Сириус Блэк с трудом открыл глаза. Его взору тут же предстал белый больничный потолок. Ну, «предстал» — это громко сказано. Потолок был сегодня на редкость несговорчив и никак не желал стоять на месте. Он все время вертелся, крутился и ускользал то в одну, то в другую сторону. Сириус осторожно перевел взгляд ниже. Рядом с его кроватью сидела девушка и читала какую-то книгу. Глядя на ее склоненную голову, Сириус тут же вспомнил пробуждение в лазарете год назад, когда он так же очнулся перед Рождеством после очередной ночной вылазки. Тогда у его кровати тоже сидела девушка и тоже листала какой-то учебник. Только совсем другая девушка. Сириус зажмурился. Нестерпимо захотелось вернуться на год назад. Туда, где все было просто и легко. Он снова открыл глаза и, пошевелившись, попытался подать голос. Попытка оказалась неудачной. Причем во всех отношениях. Голос отказался выполнять свои прямые обязанности, а неосторожное движение тут же отозвалось болью в каждой клеточке измученного тела. Сириус едва не застонал. Он чувствовал себя так, словно по нему проехался «Хогвартс-экспресс».
— Сириус! — тут же отреагировала на его пробуждение Лили Эванс. Она соскользнула со стула и опустилась на колени у изголовья его кровати. Ее прохладные пальцы осторожно коснулись его щеки.
— Как ты?
— Воды дай, — прохрипел Сириус.
Лили тут же схватила с тумбочки стакан с водой и помогла ему приподнять голову. Сириус сделал несколько глотков и в изнеможении откинулся на подушки. Несколько секунд он пытался отдышаться даже после такого мизерного усилия.
Наконец он открыл глаза и тут же встретился с встревоженным взглядом зеленых глаз.
— Привет, — попытался улыбнуться он.
— Привет, — прошептала девушка. — Ты как?
— В норме, — соврал Сириус. — Что говорит мадам Помфри?
— О! — Лили закатила глаза. — Она в ужасе. У тебя сломано четыре ребра, сотрясение мозга, перелом ключицы…
— Стой. Основной смысл я уловил. Когда она меня выпустит?
— Сириус, ты с ума сошел? Какое выпустит! Ты почти сутки провалялся без сознания.
— Сутки?! То есть уже воскресенье?
Лили многозначительно кивнула.
— Блин, — Сириус устало зажмурился, потом еле слышно проговорил. — Что нового в наших джунглях?
— Да ничего особенного. Мы за тебя очень волновались. Мы сидели с тобой по очереди. Все ждали, когда же ты очнешься. Ой! — Лили вскочила на ноги. — Мадам Помфри просила сразу ее позвать, когда ты придешь в себя.
— Подожди, пять минут ничего не решат. Как ребята? Кто вам рассказал?
— Нам сообщил Рем.
— Что он сказал?
— Угадай с трех раз. Все лестницы Хогвартса просто ополчились против несчастного Сириуса Блэка.
Юноша чуть улыбнулся и тут же сморщился от боли в разбитой губе.
— Джим как?
— О! — в голосе Лили появилось небывалое вдохновение. — Он очень правдоподобно изображает из себя домового эльфа вот уже второй день.
Сириус удивленно посмотрел на нее.
— Стучится головой о стену со словами «это все я виноват. Я не должен был оставлять его одного».
Сириус невольно улыбнулся.
— Ерунда. Я сам просил меня не ждать.
— Да. Я попыталась ему объяснить, что это не его вина.
— И?
— Он через какое-то время с этим согласился и резко сменил тактику. Вчера к десяти вечера виноватой во всем оказалась я, потому что он так торопился ко мне, что бросил лучшего друга и, если бы я не настаивала на том, что мы должны больше времени проводить вместе, ничего бы не случилось.
— Старина Джеймс Поттер. Он никогда не изменится.
— Ой, не каркай. Я с ума так скоро сойду.
Наступила тишина, которую через несколько минут нарушила Лили:
— Я договорилась с Макгонагалл о переносе твоего зачета. Мадам Помфри сказала, что тебе пока нужен полный покой и никаких волнений и нагрузок.
— Спасибо.
— Сириус, — девушка вновь опустилась на колени у кровати и посмотрела ему в глаза, — что на самом деле произошло?
Юноша несколько секунд внимательно смотрел на нее, а потом ответил:
— Я упал с лестницы.
Лили подняла лицо к потолку. Несколько секунд просидела так, а когда вновь посмотрела на него, в ее взгляде горела ярость.
— Ты когда-нибудь повзрослеешь или нет? Так нельзя. За последние несколько месяцев ты уже черте-какой раз в лазарете.
— Лили, слушай, у меня башка на части разламывается. Давай ты повоспитываешь меня в следующий раз.
Девушка раздраженно передернула плечом и встала на ноги:
— Я за мадам Помфри.
— Подожди, — окликнул ее юноша. — Мне нужно кое-что спросить.
Лили обернулась, всем своим видом показывая, что очень торопится уйти. Она всегда очень демонстративно сердилась.
— Ты… видела сегодня… Нарциссу Блэк? — собравшись с духом, выпалил Сириус.
— Ах, вот оно что! Я так и знала, что это ее вина! Из-за этой…
— Лили! — оборвал ее Сириус. — Мне противопоказаны волнения, помнишь?
Девушка решительно отвернулась к нему спиной, давая понять, что она уходит.
— Лил, пожалуйста. Еще пять минут.
Она обернулась. Она никогда не могла ему отказать. Как можно отказать синеглазой мечте?
Лили вернулась к его постели и присела на краешек стула.
