— Может, погуляем сегодня?
— Идет.
— Тогда после ужина. Как тебе?
Он пожал плечами и тут же кивнул в знак того, что время ему подходит. Слизеринка выпустила желто-красный галстук, и, развернувшись, бросилась догонять Белинду.
Сириус направился к Лили. Такой одухотворенности в его взгляде она еще не видела.
— Извини, — рассеянно проговорил он. — Идем?
— Ты же сказал, что пойдешь в Хогсмит с девочкой из Пуффендуя. Так?
— Так.
— А сегодня идешь гулять с Нарциссой.
— Ну и?
— Ладно. Это не мое дело.
— Лили, это не то, что ты думаешь. Мы с Нарциссой друзья. У нас общее детство, общие интересы…
Лили просто кивнула. Но как же ей захотелось иметь человека, с которым бы ее столько связывало. Одна. Лишь подруги, но, по сути дела, всегда одна. Девочка-заучка, как всегда твердили. Что, интересно, Поттер в ней высмотрел?
А назавтра был поход в Хогсмит. Неловкость, неправильность. Но потом… Было и правда весело. Лили до этого ни разу близко с ними не общалась. Да, они вместе учились, но проводить вместе учебное время и свободное — разные вещи. И ее ждал сюрприз. Ну, если с Сириусом все было понятно: он, казалось, мог развеселить даже фонарный столб, то остальная часть компании удивила. На пуффендуйку Лили внимания не обращала, а вот мальчишки… Питер оказался … странным. Складывалось впечатление, что у него нет своего мнения. Во всяком случае, он ни разу его не высказал. Эдакий бычок на веревочке. Куда все, туда и он. А Рем оказался очень интересен. Было в нем что-то. Эта его улыбка на выходки Блэка. Так улыбаются расшалившемуся ребенку. Он казался как-то старше их всех. А Джеймс… Джеймс Поттер словно воды в рот набрал. Лили не могла поверить, что он способен так долго молчать. Весь опыт ее наблюдения за этим субъектом указывал на то, что у него рот не закрывается — так он привык быть в центре внимания, а вот теперь молчал.
Лили не очень понимала, какой смысл был ее приглашать, если он так и собирался всю дорогу изображать из себя глухонемого. А потом Блэк потащил всех гулять в парк, и там как-то разбрелись кто куда. Рем прихватил Питера и отправился смотреть что-то. Лили так и не разобрала, что — как-то невнятно Рем озвучил их объект наблюдения. У Сириуса внезапно развязались все шнурки. Причем, когда остановились его подождать, стало понятно, что шнурков у него много и развязываются они тотчас после завязывания. Наконец его девочка пообещала, что они догонят, и Джеймс с Лили остались наедине. Они молча шли по аллее, глядя под ноги.
— А я записался на маггловедние, — наконец произнес Джеймс.
— Правда? И зачем?
— Просто. Интересно стало. А еще…
И потекло. Правду говорят «вначале было слово». Через полчаса, они уже над чем-то весело смеялись. Через час Джеймс набросил на ее плечи свою куртку, а через два часа он робко взял ее за руку.
Так началась новая жизнь Лили Эванс. В одночасье она превратилась в девушку одного из самых известных парней в школе. Это было необычно и интересно. Джеймс оказался очень милым и внимательным. А все его прошлые выпендривания — банальными попытками скрыть свою неловкость и стеснение в ее присутствии. Через какое-то время Лили поняла, что у нее впервые появился близкий человек. Дорогой человек, который ее понимает, и, наверное, любит. Во всяком случае, заботится. А еще у нее появились настоящие друзья. С Питером она, правда, так и не сблизилась толком. Было в нем что-то отталкивающее и настораживающее: слабость и безволие. Это пугало. А вот Рем оказался поистине находкой. Но это уже отдельная история. А еще рядом всегда был виновник всех этих перемен. Неунывающий мальчишка с задорной улыбкой. Си-ри-ус Блэк. Человек, который так и останется запретной мечтой. Вечной темой для мыслей «а что было бы, если бы…».
Лили в очередной раз повернулась на ставшей вдруг очень неудобной кровати.
Ремус Люпин сидел на первой парте в кабинете трансфигурации и болтал ногами в воздухе. У окна спиной к нему стояла Фрида Забини. Они встретились, чтобы обсудить какой-то организационный вопрос. Не слишком важный, чтобы ради него собираться в свое личное время, но… они встретились. Эти странные встречи происходили все чаще. Ремус не понимал их значения. Конечно, о чем-то догадывался, но чтобы поверить? Нет! Вот и сейчас разговор был давно окончен, а он не уходил. Потому что она тоже осталась. Последние минут десять прошли в гробовом молчании. Ремус изучал свои ботинки, Фрида — пейзаж за окном.
— Как там Сириус? — нарушила она наступившую тишину.
Они не говорили об этом с того момента, как Фрида покинула лазарет, оставив Сириуса и Ремуса в компании мадам Помфри. И вот теперь она спросила. Действительно ли она хотела узнать ответ или просто не выдержала тишины, юноша не знал, а, следовательно, замялся с ответом.
— Неважно… У него повреждений слишком много. К тому же потеря крови большая была.
— Ты забрал его из лазарета.
— Да, — слегка удивленно проговорил он.
— Не удивляйся. Сестра Люциуса учится на моем факультете. Она видела вас.
— У Малфоя есть сестра?
— Да. Премилое создание. Ее зовут Мариса.
