— Это Обделенные, мастер Джад, — тихо проговорил Да’ан. — Бывает так, что ребенок рождается без манатара — и становится таким вот… Обделенным, одним словом. По крайней мере, они способны выполнять простейшие работы. Разговаривать с ними не надо, они все равно тебе ничего не ответят.
Расставив принесенную посуду, Обделенные гуськом зашаркали к двери и исчезли так же быстро, как и появились. Сидящие за столом люди наконец-то отложили свои манатары и светящиеся украшения в сторону и принялись за еду.
Джад с подозрением осмотрел содержимое своей миски: какое-то невразумительное бесцветное варево с кусочками капусты и чего-то, похожего на вареный картофель. По крайней мере, оно почти ничем не пахло, в отличие от котла в центре стола — Ка’арахара энергично зачерпывала оттуда нечто вроде темно-зеленой склизкой каши, раскладывая ее половником по тарелкам детей. Каша покидала котел неохотно, вытягиваясь длинными желеобразными нитями. Кроме этих яств, на столе еще стояли глубокие миски с жареными рыбинами, состоявшими в основном из крупных, усеянных шипами голов и длинных змеевидных хвостов, покрытых бесчисленными маленькими плавниками. К рыбе полагался буроватого цвета соус, видом и запахом напоминавший разведенный в воде речной ил. Что касается поставленной перед Охотником кружки, то в ней была вроде бы самая обыкновенная вода: осторожно понюхав и отпив содержимое, он окончательно в этом удостоверился. Суп оказался почти таким же безвкусным, но, по крайней мере, не вызывал рвотных порывов.
Ма’ан тем временем, не притрагиваясь к еде, снял с запястья браслет, обмотал его вокруг указательного пальца и резко закрутил, словно карусель. Серебристый металл ярко засверкал, одевая сначала палец, а потом уже и всю кисть Ма’ана в полупрозрачный светящийся шар. Через несколько секунд рука прекратила вращение, а шар отделился от погасшего браслета, плавно взмыл вверх и медленно поплыл через стол по направлению к детям. Зависнув над сидевшим с самого краю подростком с остриженными ежиком волосами, шар описал несколько кругов вокруг его головы, слегка потемнел и переплыл на следующего ребенка, девочку лет восьми, с аппетитом поедавшую свою кашу. Ма’ан внимательно наблюдал за плавно кружившимся в воздухе шаром, бормоча что-то себе под нос — тот продолжал плавное движение над детскими головами, время от времени слегка меняясь в цвете.
— Мой брат занимается целительством, — снова перехватил взгляд Охотника Да’ан. — Чтобы дети не болели, их нужно проверять, каждый день. Обед — самое удобное для этого время, мастер Джад.
— Он что, и лечит с помощью этой… силы? — спросил Охотник.
— Ага, — кивнул Да’ан, вытирая рот сероватой замызганной тряпицей. — Ущербные, со своими снадобьями да инструментами, не умеют и десятой доли того, на что способны мы с помощью манатаров. Однако, мастер Джад, если ты уже насытился и готов меня выслушать, я охотно расскажу тебе все от начала и до конца. Вечереет, и нам нельзя терять времени.
Джад без особого сожаления отодвинул от себя недоеденную рыбину: выискивать миниатюрные кусочки мяса среди костей, шипов и чешуи оказалось весьма неблагодарным занятием. Съеденная тарелка похлебки, по крайней мере, утолила голод — правда, во рту у него теперь ощущался неприятный привкус резины. Люди вокруг них были по-прежнему заняты едой: некоторые разговаривали друг с другом приглушенными голосами, другие снова обратились к своим манатарам.
— С удовольствием тебя выслушаю, мастер Да’ан, — вежливо улыбнулся он хозяину. Тот откинулся на спинку стула, сложив руки на животе, и начал свое повествование:
— В древние времена, еще до появления манатаров, мы и Ущербные были единым народом. Точнее говоря, все люди тогда были Ущербными — хотя и не подозревали об этом. Когда обитатели Туманных Топей (так называются наши края) тысячу пятьсот восемьдесят два года назад получили в дар первые манатары, весть о них очень быстро распространилась по всей Территории — отсюда до Серебряных Холмов на западе, а затем и до Ледяного Океана, на крайнем севере. Шли годы, манатаров становилось все больше и больше, и через два поколения они были уже у каждого человека. Ну, или почти у каждого: потому что обитатели восточных областей наотрез отказались их принимать. Тебе надо знать, что Дождливые Равнины — это приграничная земля, тамошние жители давно уже были связаны с Желтой Территорией и… теми, кто там обитает. Эти проклятые существа как пить дать приложили руку к тому, что Ущербные решили оставаться Ущербными, отринув благословенный дар и добровольно изолировав себя от остальных людей. Они, мастер Джад, пошли по иному пути, слепо подражая своим покровителям — и неудивительно, ведь они до сих пор с ними связаны. Что же касается нас, полноценных людей, то ты уже видел Силу в действии, и поверь мне, это не единственное, на что мы способны с помощью манатаров.
— Ты сказал, что первые манатары «были получены в дар»? — переспросил Охотник. — Кто же их вам подарил?
