— Может, Совет и управляет Теневым Миром, однако он — не сам мир. Это мой дом, я не могу не защищать его. Так делала вся моя семья — из поколения в поколение. Что бы и кто о ней не говорил.
— Твой вопрос, Рейнольдс, — Ей хотелось сказать «браво», а нельзя.
— У меня нет больше вопросов, я все понял, — колдун вдруг широко улыбнулся. — Ты ещё не поняла, Мелета? Суть этой игры не в ответах, а в незаданных вопросах, — загадочно сообщил Рейнольдс, — но в бонус ты можешь спросить ещё о чем-то, пока я буду заниматься увлекательным поиском.
Он снова перехитрил её, но в чем и как? Где она сделала неверный шаг и что понял Рейнольдс? Глядя, как Призрак, материализовавший в руках карту, внимательно бегает по ней глазами, Мелета констатировала:
— Ты не преступник, чтобы с тобой так обращались.
— О, однако, далеко и не герой, — на секунду он посмотрел поверх карты на девушку, — при том, кто тебе сказал, что не преступник? Я нарушаю правила Совета чаще, чем кто-либо другой в нашем мире. Возможно, Совет первый начал грязную игру, однако я давно уравнял правила, поэтому всякий раз, попадая под экспериментальное заклинание, внеплановый допрос или же арест, я знаю за что. Это помогает… Ну, я готов. Отправляемся?
— Куда?
— Как «куда»? На Парнас. Ты же ленишься сама искать информацию, придется все, как всегда, делать самому.
— Вчера ты сказал, что мы — команда… — прозвучало немного обиженно.
— А, так вот какая фраза помогла тебе справиться сегодня, — неожиданно заявил Рейнольдс, чем сбил Мелету с толку. Однако колдун не стал развивать тему. Пряча карту в карман, он засунул руки в карман реглана. — Почему ты так смотришь на меня? Да, я — ненормальный. Это новость?
— Ты не можешь попасть на Парнас.
— Кто такое сказал? Остров открыт для магов.
— Да, светлых, — поправила Мелета, не подходя к колдуну. Кто знает, что вколол ему Этьен? Вдруг лекарство повредило психику Рейнольдса и вызвало манию величия? Не стоит искушать сегодня судьбу во второй раз.
Рейнольдс снисходительно посмотрел на музу, будто прочитав все её абсурдные мысли в один момент. Девушка покраснела. Колдун, тем временем, достал из кармана зеленую таблетку и, без тени сомнения, положил себе на язык.
— Сейчас растает и будет мне идеальный камуфляж на пару часов. Меняет чужое восприятие, музы не ощутят нарушения границ колдуном. Точнее, ощутят, но позже, когда меня и след простынет. Не забудь тогда сделать большие глаза, хорошо? Ты же не подведешь меня, Мел, верно? Мы же одна команда.
— Ты бессовестно пользуешься… — девушка запнулась. Мной? Как-то глупо. Моей доверчивостью? Глупостью? Симпатией? — Моей добротой. Манипулятор.
— Есть немножко, — не стал спорить Рейнольдс, скривившись. — Горькая.
— Ты украл её у Баккерелей, — осенило Мелету. Она вспомнила, как он перебирал пальцами все, что попадало под руки, как играл с мензурками и зельями. Отвлекал внимание. Какой банальный трюк и все трое купились, убаюканные его пустой болтовней об оборотнях.
— Да, теперь мы в расчете. Этьен отобрал кое-что у меня, а я имел право «одолжить» необходимую для дела таблетку. Все равно о них давным-давно позабыли.
— Кстати, об Этьене. Что именно он забрал у тебя, какую новую силу?
— О, дорогуша, полегче, мы уже закончили игру. Ты предпочла иные вопросы. Итак, покажешь точную дорогу на Парнас?
— Меня посадят с тобой в одну камеру.
— В одну — ни за что, а в соседнюю — запросто. С Ричардом однажды такое уже было. Готова?
— Почему бы и нет?
========== Глава 12 ==========
— Добро пожаловать на Парнас, Рейнольдс Ратценберг, — торжественно сказала муза, когда они переместились, наконец, на землю вдохновения. Путь домой для Мелеты ещё никогда не был настолько длинным — все потому, что колдуну нельзя было просто так взять и вломиться на остров. Приходилось приближаться к Парнасу постепенно, что заняло около часа.
Рейнольдс, по привычке сложив руки в задние карманы, смотрел на то, что было скрыто от взоров колдунов многие годы. Парнас встретил их цветущими сакурами, миндалем и изумрудной травой. На секунду колдун позволил себе завороженно застыть от открывшейся красоты. Однажды ему довелось побывать в Кэнроку-эн, однако тот не шел ни в какое сравнение с этим потрясающим видом. Только ради этого стоило нарушить десяток-другой правил. Неудивительно, что музы столь прекрасны — в подобном месте невозможно не вырасти идеальным. Рейнольдс слегка поежился — здесь он так остро ощутил свое несовершенство! Любопытно, если жить здесь все время, затянутся ли многочисленные шрамы, — и не только телесные, ведь по большей части, он был изуродован постоянной внутренней борьбой за собственную свободу и право на распоряжение силой.
Мелета, на плечо которой села большая бабочка с крыльями яркой тропической окраски, собиралась было еще что-то сказать, когда колдун ощутил, что ему перестает хватать воздуха. Сладкие ароматы, которые он столь неосторожно вдыхал, словно парализовали все внутри. Рейнольдс с хрипом опустился на колени, обхватив голову руками. С трудом сделал один вздох и тут же закашлял так, что сочная трава окрасилась кровью.
