— Проблемы, малышка? — насмешливо раздалось над головой, и Данте, картинно взметнув полы алого плаща, эффектно приземлился на алтарь, угодив ботинком прямо в золотую еще не застывшую лужицу. Мужчина едва не упал, вызвав у Талии тихое нервное хихиканье. Блондин усмехнулся, замахиваясь Мятежником. Вот же засранка! Он ее спасать пришел, а она еще и смеется. И вообще, чего малютка так долго возится? Это же так, сошки, мелочи. С фанатиками она справлялась куда ловчее. И, разрубив пополам тело последнего ублюдка из Преисподней, наемник повернулся к девушке. Льдисто–голубые глаза, сурово прищуренные, но с играющими в их глубине смешинками, скользнули по ладной девичьей фигурке. Ярко–розовая, словно жвачка, футболка отвратительно сочетается с ее огненными локонами. Вернее, вообще не сочетается. Талия кусает губы, переминается с ноги на ногу, явно не зная, что ей делать. Бежать, не бежать… Охотник, тяжело вздохнув, запустил руку в свои серебристо белые волосы.
— Скажи мне, крошка… есть ли тебе что сказать в свое оправдание, а?
Рыженькая неопределенно пожала плечами.
— Та–дам, — пропела она, слегка ссутулившись и всплеснув руками с зажатыми в них пистолетами. Наемник раскатисто рассмеялся. Нет, ну, как можно на ее злиться? Лапочка, как плюшевая игрушка. Хочется потискать ее, повязать на шейку бантик и запихнуть в шкаф, чтобы больше не искала приключений на свою жопку! Сын Спарды уже готов был разразиться воспитательной тирадой, когда черная, глянцево бликующая громада адских врат выросла прямо перед ними. Гранит начал медленно осыпаться, открывая дорогу из Преисподней в мир людей. Данде глубокомысленно хмыкнул и закусил нижнюю губу.
— Это что, хозяин вечеринки явился?
— Наверное, — девушка перезарядила пистолеты. — Данте… а ты джентельмен?
— Я? — блондин самодовольно вскинул голову. — Конечно!
— Тогда ты первый, — Талия зашла за колонну, лукаво улыбаясь, — давай, джентельмен, я мысленно с тобой!
— Зараза малолетняя… — хмыкнул сын Спарды, шагая навстречу очередному демону, которому прямо не терпится, чтобы ему надрали задницу.
Комментарий к Часть 27
[1] Verdammt, warum nichts jemals glatt läuft?! — нем. Проклятье, почему ничто никогда не проходит гладко?!
[2] Es tut mir leid, Baby — нем. Прости, малютка
[3] Aber ich wartete zu lange für dieses… — нем. Но я слишком долго этого ждала…
[4] Junge? — нем. Мальчик
[5] Überraschung Baby! — нем. Сюрприз, малыш!
========== Часть 28 ==========
— Смертные черви! Ничтожества! Мерзкие ублюдки! — в воплях демона нет даже толики ярости или гнева. Просто истошные пустые крики, сотрясающие стены святилища. — Убью, уничтожу! Сын Спарды?! Девчонка Ананке?! Раздавлю обоих!
Обожженное лицо Томуза кривилось абсолютно бесстрастно. Как у какого–то чудовищного манекена, куклы из аттракциона Комнаты страха на ярмарке. Половина круглой, будто бы раздутой, головы была гладкой, нежно бликующей словно фарфор, на котором тонкой кистью нарисована чешуя, а вот вторая наоборот… сквозь рваные осколки черной истрескавшейся шкуры видна плоть демона, скользкая, багровая, истекающая бесцветной сукровицей. И вообще этот крикливый засранец напоминал Данте заварочный чайник. Пузатый такой, безвкусно кокетливый, как из бабушкиного сундука. Демон выглядел бы почти умилительно, если бы не нижняя часть его исполинского тела — его живот и задница плавно переходили в десяток лязгающих, копошащихся, ни на секунду не перестающих двигаться щупалец. Данте откинул со лба непослушную челку. Сильная, однако, тварь, но уж больно неповоротливая и медлительная.
— Знаешь, по–моему, тебя смазать бы не мешало, — охотник лениво уклонился, и металлическое щупальце с грохотом рухнуло на пол ровно туда, где только что стоял блондин. Медные шестеренки сыпанули в разные стороны, брызнуло масло. Мужчина брезгливо стряхнул жирные пятна с рукава, бросив быстрый в сторону колонны, за которой пряталась Талия. Томуз заметил его взгляд и торжествующе взревел. Сразу несколько щупалец обвились вокруг мраморного столба, раздался противный скрежет и треск, и колонна, грубо выломанная, упала вниз, подняв тучи пыли. Демон захохотал, но его лающий смех захлебнулся, когда он увидел, что дочь архонта не погребена под обломками.
— Ха, попался, толстячок, — нагло хохотнул сын Спарды, — давай, малютка!..
Талия, стоя за спиной Томуза, выдула пузырь из жвачки и покрутила в ладони Феникс. Демон мучительно медленно повернул голову. При виде девушки его уродливую морду исказила гримаса гнева. Самого настоящего ослепляющего гнева. Дочь архонта игриво подмигнула и взмахнула хлыстом. Пылающее кнутовище, словно живое, опутало извивающиеся щупальца. Талия резко дернула на себя, опустившись на одно колено, демон протестующее заверещал.
— Нет! — отчаянно хрипел он, — не падать!.. только не падать!
