Радость, смущение, неосознанный страх – все чувства и эмоции смешались в один немыслимый коктейль. Сергей, герой ее ночных грез и причина полуденной грусти, был совсем рядом, стоило Кате поднять глаза, и она видела его строгий, почти патрицианский профиль, безупречное совершенство которого портила лишь трогательная ямочка на подбородке. Всем своим существом она ощущала исходящую от него силу и властность. В Катиных мыслях мелькали сцены их безудержной страсти в ее кабинете, его руки на ее теле, безумное желание, заставляющее молчать разум. Она покраснела так сильно, что слезы выступили на глаза.
Катя очнулась от своих фантазий и поняла, что так и стоит на стоянке, перед судом, хотя уже давно пора было уехать отсюда. Сергей не торопил ее, а только с задумчивой полуулыбкой смотрел перед собой. Оба молчали, после испытанного ими слова были излишни.
Катя вырулила с парковки и медленно тронулась в сторону дома. Ей даже ни на минуту не пришло в голову, что есть что-то неправильное и легкомысленное в том, чтобы сразу после столь короткой встречи вести Сергея к себе домой. Все ее мысли были заняты только одним: Сергей приехал к ней и очевидно, что он увлечен ею. И пусть это только страсть, желание обладать друг другом – Катя удовлетворится и этим. Она хочет жить, гореть, а не просчитывать все на много ходов вперед и спать в холодной постели.
- Катя, расскажи, как ты? – попытался завязать разговор Сергей.
- Нормально, много работы, но это даже радует меня, - бодро ответила Катя.
- Понятно, - протянул Сергей.
Снова повисла тишина, не спокойная и располагающая к неспешным мыслям, а нервная и каждую секунду готовая взорваться бурей.
- Как Лиза? - теперь первой заговорила Катя.
- Только о тебе и говорит, - с улыбкой сказал Сергей, - три раза читали «Незнакомку», теперь Лизка знает ее наизусть и шокирует свою няню.
- Она у тебя замечательная, - мечтательно-грустно проговорила Катя.
- Да, Лиза – мое самое главное богатство, - согласился Сергей.
Пока они говорили, Катя отвлеклась и как-то не заметила, что они приблизились к тому самому месту, где неделей раньше она потеряла колесо и чуть не стала жертвой жуткой трагедии. Она не смогла сдержать дрожь и еще крепче сжала руль. Сергей почувствовал перемену в Катином настроении, ее внезапное напряжение и страх:
- Что случилось? – спросил он.
- Да так, ничего, - отмахнулась Катя.
- Катя, не лукавь, скажи, что произошло? – настаивал Сергей.
И она решила рассказать ему о том, что произошло, ей надоело прятать свою уязвимость за маской сдержанного равнодушия и холодной отстраненности, ее переполняло желание хотя бы просто рассказать о наболевшем, а еще лучше услышать в ответ: «Как же ты, наверное, испугалась, маленькая» вместо привычного «Ну вы ж знаете, все обойдется, Екатерина Михайловна». Катя заговорила:
- Знаешь, на прошлой неделе, когда я вечером ехала с работы, вот здесь, не доезжая до следующего перекрестка, я вдруг почувствовала, что машина теряет управление, не могла понять, что же происходит и вдруг, как в страшном сне, увидела, что мое собственное колесо катится прямо вперед меня. Просто чудо, что я ни в кого не врезалась и смогла остановиться… - Катя проговорила все это на одном дыхании и в ожидании его реакции посмотрела на Сергея.
Он нежно сжал ее руку, бережно коснулся щеки и задумчиво сказал:
- Ужасное происшествие! Катюша, какой кошмар ты пережила. Но из-за чего это произошло, - спросил он, - недоразумение? Случайность?
- Боюсь, что нет, мне потом сказали, что болты на колесе были аккуратно откручены.
Сергей разрывался на части, ему хотелось сжать Катю в объятиях, утешить, заставить забыть те страшные минуты, но в то же время он понимал, что должен выспросить ее о недругах, завистниках, всех тех, кто желал ей зла и готов был пойти на многое, чтобы добиться своего. Но Сергей понимал, что невозможен никакой откровенный разговор, Катя узнает, что он собирал информацию о ней, вторгался в ее личную жизнь и навсегда отвернется от него.
- Что ж, - пусть будет, как будет, по крайней мере, сегодня, - подумал Сергей, - в любом случае, этот вечер, а, возможно, и ночь они проведут вместе, а, значит, пока он может о ней не волноваться.
Катя уверенно вела машину, красный Лексус с красными же кожаными сидениями, как и она, излучал чувственность и страсть. Они остановились на светофоре, тронулись, Катины тонкие пальчики сжимали ручку переключения скоростей, скользили по ней вверх-вниз, а Сергей, как завороженный следил за их движением и мечтал собственным телом ощущать эту мимолетную ласку.
Черт возьми, он ведет себя, как глупый мальчишка, - мысленно попытался одернуть себя Сергей, но тело думало совсем иначе и продолжало настойчиво откликаться на малейший Катин жест.
Дорога сделала резкий поворот, впереди показалась водная гладь и сияющая на солнце высотка жилого дома. Катя направила машину в кованые ворота, а затем в подземный паркинг, остановилась, вышла. Сергей вышел следом.
- Ну что ж, вот мы и приехали, - фальшиво-жизнерадостно сказала она, - пойдем.
- Пойдем, - просто ответил Сергей.
