- Я знаю, все знаю, - да уж, непросто иметь в качестве будущей жены такую умную женщину, - Но вряд ли ты вредил мне, так что вернусь к Диме, - Катя и не заметила, как в первый раз назвала его по имени, а Сергей заметил и огорчился.
- Потом какое-то время все было спокойно и вдруг статья в газете, сюжет по центральному TV, ну у нас же сейчас модно бороться с коррупцией, а тут – продажная судья: пентхаус, машины, меха. Это они еще не знают про акции Полимера, мои доли в ритейлерском бизнесе, портфель ценных бумаг и домик в Ларнаке, - Катя рассмеялась, - Только я-то знаю, что все эти деньги абсолютно честные: от маминого магазина и от моих вложений и игр на биржах. Но председателю суда было проще меня отстранить, чем разбираться, - она печально вздохнула. – И расследования-то никакого нет, и благодаря протекции моего бывшего начальника должности ничего не грозит, но я уже не горю желанием снова надевать мантию и кому-то что-то доказывать, - Катя устало откинулась в кресле. – Может, во мне говорят гормоны, беременность и усталость, но еще вчера ночью, после твоего предложения, - она очаровательно улыбнулась, - Я решила, что уйду в отставку.
Сергей не мог в себя прийти, сначала от негодования и беспокойства, которые переживал по ходу Катиного рассказа, а потом от безумной, затопившей его радости – она пожертвует работой ради него, самой любимой работой на свете!
- Боже, я обожаю тебя, - только и смог прошептать он, сжал ее в объятиях и не хотел отпускать!
- Сергей, неужели ты сомневался? – тихо спросила Катя.
- Я последнее время постоянно в чем-то сомневался, - ушел он от ответа. – Сейчас осталось одно – разобраться, кто стоит за всеми инсинуациями и предпринять что-то, - посерьезнев, закончил Сергей.
День оказался безумно долгим, почти бесконечным, еще недавно Сергей в Москве завтракал с Катей и Лизой, потом долго обсуждал сложившуюся ситуацию с Панковым, который вначале опускал глаза и отделывался невнятными фразами, а потом, вспомнив, что дело прежде всего, стал прежним: собранным и убийственно лаконичным. И вот Сергей уже прилетел в Самару и едет в офис Полимера лично встретиться с Докучаевым.
Дорога вилась бесконечной лентой, этот город, родной для Кати, не был чужим и для него. Мысль, что она твердо решила переехать в Москву, забыть все обиды, недоверие и недопонимание, что были между ними, теплой радостью грела сердце Сергея, заставляя легкую улыбку блуждать на губах. В этот день все: топ-менеджеры Индастриала, его секретарша, водитель и стюардесса Falconа, заметили перемены в обычно хмуром и надменно-собранном Дорофееве.
«Крайслер» замер перед офисом «Полимера» - настало время расставить все точки в этой истории, причем не только в личных делах.
Дмитрий был просто ошеломлен скупой фразой своего референта о том, что его желает видеть господин Дорофеев, причем не в некоем отдаленном будущем, а прямо сейчас, потому что его автомобиль с московскими номерами стоит перед воротами, которые ведут на территорию завода.
Наглец, явился, чтобы дожать меня на моей же территории, собрал почти 46 процентов акций и думает, что может диктовать условия, а если прибавить к ним и 10 процентов Борисовской…. – раздраженно думал Докучаев и нервно курил. – Борисовская, Катя – пронеслось в его голове, - вот настоящая причина приезда Дорофеева.
- Я жду его, - только и бросил Дима секретарю, а сам замер в ожидании, ничуть не сомневаясь, что жертва в сегодняшней охоте – именно он.
Конечно, Сергей и прежде встречал Докучаева, но впервые рассматривал его не с холодным интересом бизнес-соперника, а с ревнивой злостью мужчины и собственника.
- Я не собираюсь любезничать с вами, - сказал Дорофеев, захлопывая за собой дверь, - Время для игр в передел завода, в цивилизованный рейд закончилось в тот самый момент, когда вы решились причинить вред Екатерине, - Сергей говорил спокойно и даже тихо, но Дима чувствовал исходящую от него угрозу, так мог вести себя только человек, уверенный во всех тех ресурсах, что стоят за ним, и человек, которому небезразлична женщина, возможно, любимая женщина. Свой шанс на любовь Дима упустил и не обольщался на этот счет. Маша утверждала, что Борисовская для Дорофеева – всего лишь очередной трофей, теперь Дмитрий видел, что это не так. – Я мог бы, конечно, натравить на вас свору адвокатов и следственный комитет, уничтожить репутацию, как вы сделали это с Катей, а потом все равно забрать завод, но я всегда был за эффективное решение конфликтов, поэтому я здесь, - Сергей смотрел на Докучаева и вспоминал каждое из Катиных слов о том, как больно и страшно ей было, смотрел и ненавидел, и в то же время радовался, что несколько лет назад Дмитрий оказался таким дураком, что отказался от Кати. – Эффективно, на мой взгляд, выяснить все прямо сейчас.
Докучаев молчал, упорно не желая поднимать глаза на Сергея, отрицать свое участие в травле Борисовской было глупо, признаваться тоже, разумнее было просто послушать.
