Мастер Геня захлопал длинными девичьими ресницами, покраснел, нервно улыбнулся за компанию и украдкой поглядел на Сергея. Тот, сидя вполоборота к мастеру Гене, скорее почувствовал этот взгляд, и на скулах у него заходили желваки.
— В другой раз за такие шуточки по роже схлопочешь. Понял! Или, может, сейчас врезать… для профилактики? — Сергей привстал, с брезгливостью глядя на свекольнолицего Косого. Тот тоже хотел было подхватиться, но забыл, как на горе, о ноге, засунутой в дыру от фары, — скривился от боли. Тогда с сиденья мешковато сполз Корень, вклинившись между электрокарами, затряс головой, понес булькающими словами:
— Что вы… что вы, хлопцы? Ну, пошутковали, и все на этом. С умом… с умом надо! Снова же… снова же, мы рази виноваты, что твою кару нам передали?.. Нас и наша… и наша устраивала! — Втянув голову в плечи и подозрительно оглянувшись по сторонам, он не решился больше торчать без дела с пустой тележкой на пролете — погнал в полутемный тупик корпуса.
Мастер Геня, взглядом поблагодарив Сергея, не уходил с электрокара, а так как возникшая пауза затянулась, Сергей, изобразив на лице некое подобие любопытства, воскликнул:
— Э-э, да я их который день разыскиваю, чтоб в суд подать, а они, оказывается, в десяти шагах сидят!
— Кто такие? — вытянул шею мастер Геня.
— Да наши общие знакомые… блондинки.
— А-а, — весело кивнул мастер Геня. — Только теперь разглядел, что блондинки?
— Тогда в косынках были. Да и некогда было разглядывать…
— Понятно.
— Ничего тебе не понятно. Ты вот мне объясни популярно, какая такая нужда заставляет их сидеть в этой пылище и в дьявольском грохоте? Приличная зарплата?
— Ага. Они — сдельщицы. Ты погоди морщиться… Я, представь, не вижу ничего плохого уже в том, что они не хотят сидеть на папиной-маминой шее или ждать, пока им какой-нибудь Шурик купит билет в театр или на дискотеку… Они знают себе цену, поэтому и хотят быть материально независимыми от кого бы то ни было. — Мастер Геня подумал, усмехнулся. — Ты, кстати, не первый им сочувствуешь. Ну, а чем они лучше других? Ну, красивые — да. Так что ж, всем красивым надо непременно подаваться в артистки, в стюардессы, в секретарши?.. Во-первых, мест не хватит. А потом… они же на своем месте!
Мастеру Гене яростно замахали рукой с участка, и он, коротко бормотнув: «Во, пожалуйста!», умчался на вызов, а Сергея, в свою очередь, окликнул побывавший на сборке Иван:
— Корень не появлялся?
— Маячил тут. На кольцевой холодно аккумуляторы садить, так они вон в тупичок заехали и притаились, как летучие мыши.
— Ладно, я чуток попозже их с треском выковырну на свет. Грузим толкатель. Считай кассеты, — предупредил Иван.
Когда две трети заклейменных кассет, истекающих маслом, осело в кузовке, Дубровный-старший спохватился:
— Кажись, перебор. Сколько у тебя?
Сергей сказал, а про себя удивился и порадовался: с каких это пор брат стал вести счет подаваемым на конвейер деталям? Говорить — говорил, но до дела не доходило.
Иван колесил с Сергеем до обеда, затем передал из рук в руки, как эстафетную палочку, список с десятком наименований, коротко пояснил, какие детали необходимо в первую очередь забросить на закалку, какие — на доделку и на конвейер. Остаток смены Сергей катался на диво легко: детали выставлялись, как по заказу, мастера и распреды понимали с полуслова, рулевое не капризничало.
По пути из термички на малые пресса он обогнал ту, с пышным жгутом соломенных волос на затылке, с которой, как ни странно, упорно искал встречи все эти дни, ни на минуту в то же время не забывая о Вере. Словно дразнил себя, а может, попросту пытался, хотя и неосознанно, проверить свое чувство к Вере?.. Притормозил — и была не была — пригласил: садитесь, подвезу до участка. Сдержанно усмехнувшись и поблагодарив кивком за приглашение, она без всякой игривости и жеманства села на свободное место.
Теперь Сергей мог в профиль рассмотреть прессовщицу — виновницу его злоключений. Свежая белизна лица девушки прекрасно гармонировала с внутренним светом, лучившимся из больших голубых глаз, которым так шло слегка строгое задумчивое выражение, лишенное всякого высокомерия. Он даже подумал, не обознался ли, приняв ее за ту, которая сидела на грязном полу.
— Извините, так глупо получилось в прошлый раз…
— Сама и виновата. Еще легко отделалась, — грустно улыбнулась она. — Женька тоже хороша. Подруга называется. Мне так неловко…
— Да я тоже как последний мальчишка вел себя. А вас не Оксана зовут? Вы не запомнили меня… в диспетчерской транспортного?
— Оксана. Я вас запомнила еще в деревне Видибор, где мы картошку копали. А потом вы попали в какую-то нехорошую историю… с убийством?..
Сергей смешался, порозовел в скулах: еще тогда, в диспетчерской, что-то промелькнуло в памяти, но не поверил себе — слишком невероятна была б такая встреча. Да и в клубе, когда девушка в голубом джинсовом костюме и белой водолазке приглашала его на танго, было темновато.
— А новый электрокар, как я поняла, у вас реквизировали после того ЧП?..
