Она хлопнула в ладоши. И снова в ушах загудело так, что казалось, голова взорвется изнутри. Том зажмурился.
…Сильный удар по больному плечу. Том взвыл и отлетел в сторону, роняя меч. Дядя подбежал к оружию первым — отшвырнул его в противоположный конец зала. Том перекатился в другую сторону и вскочил. Такое чувство, что это уже было с ним. Достал из голенища метательный нож. Сейчас дверь в зал приоткроется. Короткий и резкий замах. Дверь… В последний момент он развернулся и отправил нож по совершенно другой траектории, краем глаза уловив почти незаметное движение руки милорда. Острая боль пронзила грудь с левой стороны. Жизнь за тебя отдам — мелькнуло в сознании. Он пошатнулся. Услышал вопль Вильгельма. Увидел его перепуганные глаза. И упал. Ты только живи — с улыбкой…
Вилл орал так, словно криком хотел убить все живое. Он застыл на месте. И кричал. Кричал, вцепившись в лицо руками, сквозь пальцы глядя на лежащее на полу тело брата. Кричал, пока не сорвал голос. Где-то далеко он услышал голос Эмиля. Его кто-то швырнул на пол. Рядом упал чей-то нож. Над ним сражались. Вилл на четвереньках отполз в сторону и кинулся к Тому. Перевернул его на спину. Заскулил, падая на грудь. Ему показалось, что сердце бьется. Он отвесил ему несколько пощечин.
— Ты только живи, — прошептал, разрывая на груди котту и камизу. — Слышишь, живи!
Он начал вдувать сквозь приоткрытые губы воздух и нажимать на грудь, как вычитал в одной умной книге, в которой писали, что так можно заставить сердце биться.
— Живи! Живи! Живи! — повторял как молитву, руками ломая от усердия ребра. — Ты только живи!
Он приложил ухо к груди, и ему все равно казалось, что сердце бьется. Оно не может не биться. Оно обязано биться. Оно не имеет права не биться!
— Живи! — провыл шепотом, бессильно падая на него. — Ты только живи!
Он опять ударил брату по щекам. Приподнял веко.
Размазал по лицу слезы и вновь начал вдувать воздух в рот, растирать щеки, повторяя как в бреду:
— Ну, пожалуйста, живи. Живи, заклинаю тебя! Живи, черт тебя дери! Я же не смогу без тебя! Ты мне нужен! Живи! Ты только живи!
Вилл вскочил на ноги, гордо вскинул голову и побежал в соседний зал. Этого не будет! Том будет жить! Чертово пророчество! Он будет жить! Многоликий монарх — это они с Томом. Вилл к чертям собачьим поломает им все пророчество! Иначе он тут камня на камне не оставит! Том будет жить!
Не обращая ни на кого внимания, принц подлетел к Густаву и схватил его за плечи:
— Где тетя Унгина? — зашипел в лицо.
Густав резко развернул его одной рукой и швырнул на пол, отбиваясь от заклинания ведьмы. Махнул куда-то в сторону.
— Унгина! — как только смог громко прохрипел Вилл. — Тетя Унгина! — Топнул ногой. — Тетя Унгина! Вы здесь! Пожалуйста, тетя Унгина! Вы ведь здесь!
Громкий хлопок над самой макушкой. Цветочек даже не испугался, лишь чуть голову в плечи втянул. Закрутился, пытаясь увидеть колдунью. Все вокруг замерло. Густав с вытянутыми руками. Брунгильда как будто защищается. Между ними в воздухе завис кинжал — летит в ведьму. Воины вдалеке. Эмиль с дядей. Том на полу у окна. Унгина рядом с ним.
— Вы дали мне пророчество. Я прочитал его. Там двуликий монарх взойдет на престол. «Пророчества древние вышли в подмогу — помощь от друга, примкнувшего к Богу». Знахари испокон веков считались посланниками Божьими. Я прошу вашей помощи! Двуликий монарх должен взойти на престол. Двуликий. Два лица. Два одинаковых лица. Или, если монарх должен быть один, то по праву наследования им может быть только Томас. Он старший. Он сильнее. Он умнее. Он мудрее. Только он может быть монархом. Верните его. Пожалуйста. Вы ведь можете. Я знаю, вы все можете. Вы можете останавливать время и менять события. Отец мне рассказывал. Вы можете.
— Пророчество — это то, что мы делаем сами. Томас погиб. Теперь все в твоих руках. Власть, слава, богатство, почести. Теперь ты можешь жить и ничего не бояться. Ты же знаешь, что Томас был рожден убийцей. Он должен был убить тебя, для того, чтобы самому стать королем.
— Но он не убил! Он защитил меня. Он спас мою жизнь. Он спас жизнь вашего правнука. Он все сделал для того, чтобы мы — я, Эмиль и ваш правнук Густав — жили. Разве этого не достаточно? Мне ничего не надо без него. Я не буду править один. Я откажусь от всего. Я не буду жить без него. Верните мне моего брата! Если монарх нужен только один, то возьмите мою жизнь взамен его. Я все равно без него не буду жить. Вы ведь можете его спасти. Спасите его. Возьмите мою жизнь, но спасите его.
— К чему мне твоя жизнь…
— Что угодно просите.
— Мне ничего не надо.
— Тетя Унгина, Том — моя семья, мой брат, мой друг. Он — моя семья. Единственный близкий мне человек. Он — это я. Я на все пойду ради него. Я солнце достану с неба. Я погашу луну. Я отдам душу Дьяволу, если он пообещает мне, что брат будет жить. Помогите мне, спасите Тома. Он — это всё, что у меня есть.
— Вильгельм, твой брат — убийца, он убьет тебя. Он рожден твоим убийцей. Как ты думаешь, почему мы вас разъединили? Почему его воспитывали не в замке, а слуга твоего отца?
