…Масленников появился в вестибюле Крутогорской гостиницы через двадцать часов после описанной беседы. Только он не знал, что подобные разговоры почти в то же самое время имели место в правлении добровольного спортивного общества «Мотыга», а несколько позднее — на квартире у председателя ДСО «Ласточка».
Одним словом, появление на свет эвентуального, говоря языком дипломатии, чемпиона вызвало к жизни трех «волхвов», которые должны были и поздравить новорожденного мастера спорта, и предложить ему подарки, и… Впрочем, все ясно.
Однако в момент своего появления в гостинице Масленников имел некоторую «фору» против других «волхвов»: они еще были в пути.
— В каком номере у вас остановился Илларион Савосин? — спросил Масленников у дежурного администратора.
Дежурный сперва поглядел на «волхва» отсутствующим взглядом, затем принудил себя осознать, о чем его спрашивают, не торопясь зевнул (зевок занял минуты полторы и закончился сладким потягиванием) и только после всего изложенного произнес:
— Это физкультурник, что ли?.. Да они почти всю гостиницу заняли. Не дождемся, когда уедут. С шести утра бегают все из номера в номер, хохочут, кричат, прыгают друг через друга в коридоре…
— Простите, мне нужен персонально Савосин!
— Вот к нему больше всех и шляются. Тридцать четвертый номер на втором этаже, — и дежурный отвернулся.
Через две минуты Масленников деликатно, но настойчиво стучался в № 34. Из номера никто не отвечал. После двенадцатого стука Масленников приоткрыл дверь и, обнаружив, что в комнате никого нет, вошел и сел у круглого стола в середине комнаты. Через тонкую стенку справа слышались взрывы смеха, веселые девичьи и юношеские голоса…
Бывалый Масленников улыбнулся и потер руки.
— Все ясно, — вполголоса сказал он себе самому, — парнишка тут, за стеной. Но вызывать его не надо. Лучше подожду, пока он сам вернется: так выйдет шито-крыто…
И Масленников принялся терпеливо сторожить будущего чемпиона.
А между тем внизу к окошку дежурного уже подбежал командировочный № 2 из ДСО «Мотыга». Он также был в прошлом «перворазрядником» по хоккею и только потом перешел на хозяйственное амплуа, а посему продолжал одеваться в спортивном вкусе; помимо всего прочего, физкультурные фуфайки, шарфы и другие детали одежды, приобретаемые в спецмагазинах, обходятся дешевле, нежели обычное, говоря старинным слогом, «партикулярное» платье.
Получив от дежурного то же самое указание, представитель «Мотыги» — некто Юрченко К. С. — добежал до № 34 еще резвее Масленникова. И именно по свойственной ему резвости Юрченко вторгся в номер безо всякого стука.
При его появлении Масленников вздрогнул и мысленно воскликнул: «Это он!»
К сожалению, еще не изобретен аппарат, который мы назвали бы «мозгофон» или «мыслеграф». Поэтому ни Масленников, ни Юрченко так и не узнали никогда, что в тот же момент и Юрченко пришел к аналогичному выводу: он решил, что в номере сидит искомый им студент Савосин.
«А парень-то крепенький! — подумал Юрченко. — Студент техникума, — значит, молодой еще, — а смотри ты, какие мяса нарастил!»
Чтобы не повторяться, скажем сразу: и в дальнейшем течение мыслей у обоих участников встречи протекало вполне идентично и синхронно.
Сперва оба «волхва», как по команде, улыбнулись друг другу: «Надо ведь обаять этого скромного парня, чтобы он клюнул на лестные предложения о переходе в другое спортивное общество», — подумали оба.
После взаимообольстительных улыбок вербовщики испустили одновременно по короткому ласковому смешку. Затем оба, как бы срепетировав заранее, произнесли в унисон:
— Так вот вы какой!..
— Что я, вот на тебя посмотреть приятно! — первым переходя на «ты», заявил более экспансивный Юрченко.
— Ну, ты уж скажешь!.. Вот ты — настоящий молодец. Ты когда-нибудь раньше ядрышки эти швырял? — спросил Масленников.
— Ну, немножко, конечно… на заре юности, — уклончиво отозвался Юрченко. — Так что хороший бросок всегда замечу!
Масленников покрутил головою в знак того, что он полностью оценил самоиронию и скромность нового светила на поприще толкания ядра.
— Скромничаешь, парень, скромничаешь! — резюмировал представитель общества «Станок» и еще раз похлопал по плечу представителя общества «Мотыга».
— А нас так смолоду учили наши тренера, — : сделав достойное лицо, пояснил Юрченко, — чужие рекорды цени, но сам не хвастайся!
Масленников подхватил:
— Правильно! И это ничего не значит, что сегодня рекорда еще нет. Он будет! Это
Юрченко наотмашь махнул рукой:
— Если ты сказал, значит, всё!
— Факт! Мы с тобой маленько поднажмем — и сразу в дамки. А там купи нас за рупь за двадцать, когда мы сделаемся чемпионами, хе-хе-хе!..
— Хе-хе… Точно! Ну, точно! Только…
— Я знаю, про что ты хочешь сказать: для этого нужны условия.
— Точно! Ну, точно!
Масленников встал, обдернул на себе «олимпийскую» фуфайку с белым кругом по вороту, выдержал паузу и торжественно провозгласил:
— Условия у нас будут.
