Вечером в камине развели огонь, а когда стрелка часов приблизилась к двенадцати, хозяин дома молча встал и пошёл к задней двери, чтобы открыть её и выпустить уходящий старый год, потом закрыл и также молча подойдя к главной двери дома, с первым ударом часов открыл её, впуская новый.
После полуночи почти всей семьёй снова отправлялись в Эдинбург. Дома оставались Роберт и Изабель, которые решили не мешать молодёжи веселиться, и Брюс, так как был ещё слишком мал.
Порт-ключ перенёс их в центр Эдинбурга и они, выйдя из небольшого дворика, в котором оказались, сразу попали в людской водоворот. Многоголосый шум толпы, песни… Тут и там сами собой возникающие группки людей в килтах, танцующих кайли, фейерверки, волынки. Сотни людей разного возраста, держащие ярко пылающие факелы, радостно кричащие. Судя по расцветкам одетых на многих килтов, здесь собрались представители почти всех горных кланов Шотландии.
Волшебники старались держаться вместе. Малькольм и Агата удерживали за руки своих детей, не давая им затеряться в толпе. Минерва тоже всё время поглядывала на Северуса и Эйлин, которые впервые присутствовали на Хогманае, и старалась не потерять их из виду.
Кто-то из мужчин, танцевавших поблизости под звуки волынки, схватил Минни за руку и попытался вытащить в круг. Сначала она немного напряглась, но потом поняла, что беспокоиться не о чем, никто не хотел её обидеть. И, разобравшись, решила пойти танцевать, тем более уже и братья начали подталкивать её к танцующим. Присмотревшись к движениям танцоров, она ринулась в круг. Играла весёлая музыка, танцоры выделывали коленца, звучала волынка и Минерва, с сияющими глазами, раскрасневшаяся, с немного растрепавшимися волосами, выбивающимися из-под лихо заломленного берета, в юбке цветов своего клана и чёрной курточке, выглядела истинной дочерью Шотландских гор. И многие мужчины вокруг смотрели на неё заинтересованными взглядами.
Следом за ней в круг вошли и братья, решив поддержать сестру, да и самим повеселиться. Дети Малькольма и Агата с Гарденией подбадривали их весёлыми возгласами, да и Эйлин с Северусом, поддавшись всеобщей эйфории, тоже с удовольствием хлопали в такт каблуков танцоров, лихо выбивающих ритм.
К утру, уставшие и счастливые, натанцевавшиеся и успевшие посетить множество пабов маги вернулись домой. Первым в дом входил Малькольм, неся традиционный подарок хозяину дома — овсяную лепёшку, кусочек угля и виски. Отец встречал его на пороге.
Берти отправился с таким же подарком к соседям, так как МакГонагаллы были темноволосы, а по поверьям, чтобы год был удачным, первым в новогоднее утро в дом должен был войти черноволосый мужчина, принеся с собой достаток и благополучие.
Сонные гуляки, войдя в дом за Малькольмом, разбрелись по комнатам, решив, что подарки, приготовленные ими друг другу, и присланные вчера шотландскими родственниками и друзьями, будут открывать попозже, когда немного поспят.
К обеду выспавшиеся дети, растолкав сонных взрослых, вновь устроили раздачу подарков. Минни очень понравился вид Северуса, не ожидавшего, что кроме кучи подарков, полученных в Рождество, и Хогманай окажется также щедр. Теплейший свитер от крёстной и пушистый шарф с перчатками от мадам Изабель расстрогали его почти до слёз. Праздники продолжались.
Наступил Новый, тысяча девятьсот семьдесят второй год.
Каникулы закончились быстро и Минерва с Северусом вновь отправились в Хогвартс, где через несколько дней отметили день рождения мальчика. Северус был очень удивлён, когда получил подарки и от Роберта с Изабель, и от семьи Малькольма, и от Берти с Гарденией, а от мамы сова принесла ему торт, который Эйлин испекла сама, под руководством Изабель. К торту прилагалась книга, открыв которую, Северус понял, что держит перед собой свою родословную.
Книга начиналась тысяча четыреста семьдесят первым годом. В ней, кроме самих родословных, были собраны история рода, данные о родственных фамилиях, изобретённые заклинания и зелья, а также прочие нужные сведения. Она начиналась с основателя рода Хосе Себастиана Привас и Аривала, идальго, прибывшего в тысяча пятьсот первом году в Англию в свите испанки Екатерины Арагонской, невесты принца Артура, наследника английского престола, ставшей впоследствии первой женой короля Генриха VIII.
Минерва, которой крестник тут же показал подарок, убедилась, что догадка о родстве с Малфоями подтверждалась. Прадед Северуса, Бартоломеус Принц, сочетался браком с Арлетой Малфой, и об этом имелась запись в книге рода. Оказывается, эта Арлета уродилась, мягко говоря, некрасивой, чему Малфои, уделявшие внешности большое внимание, естественно, не обрадовались и были рады отдать её чуть ли не первому, кто к ней посватался, конечно же, из чистокровных.
Им и оказался Принц, решивший таким образом поправить свои дела, так как за девушкой давали неплохое приданое. Деньги быстро закончились, а Арлета оказалась не только некрасивой, но и слабой и магически, и физически, но всё же смогла родить сына Октавиуса, умерев через несколько часов после этого.
