− А тебе, дорогуша, кто-то понравился?
− Не знаю, − смутилась Элиза, без нужды поправляя чепчик. − Вроде бы нет, а может быть да. Господин Гленн смотрел на меня и ещё кто-то. Они все такие милые, но самый красивенький − это тот, у которого длинные белые волосы, как у эльфа. Ах, он такой душка, даже симпатичнее принца Лотара!
− Что ты мелешь? Лучше Лотара никого нет, с этим не согласны лишь дуры, слепые и спятившие от этикета.
− Но…
− Никаких "но", голубушка, − Диана понежилась на диване, а Катерина наконец-то стянула с её ноги второй чулок. − Ты даже представить себе не можешь, как хорошо он знает "Кама-Сутру".
− Миледи Саем, а что это такое?
− Книга о том, как приятно провести время, − губы Дианы зазмеились в плутоватой усмешке.
− Неужели? − мило удивилась Элиза. − И что там написано?
− Ишь, какая любопытная! Рано тебе знать.
− Почему?
− Потому что мала, − Диана вынула из ушей серьги. − Недозрелый умок что весенний ледок. Ты, Торн, совсем глупышка, иди лучше спать − глядишь, принц какой приснится.
− Так ведь это будет сон, а не по правде.
− А ты чего хотела? Нам, фрейлинам, только во сне и помечтать.
− Знаете, мне однажды снилось, будто бы на мне корона и я выхожу замуж за короля Пирании, − призналась Элиза. − Это так чудесно, правда?
− Нашла чем хвастаться! Ничего чудесного тут и в помине нет. Настоящее чудо случится, когда Дора Инсара пилой работать перестанет и разрешит нам красить ногти, но я скорее поверю в непорочное зачатие, чем в доброту гофмейстерины.
− Непорочное что? − сморгнула Элизочка.
− Тебе папа с мамой не рассказывали про пестики и тычинки?
− Я разбираюсь в цветочках: есть розы и лилии, ромашки садовые и обычные, тюльпаны, и ещё фиалки, цитрамон и шиповник.
− Ох, Торн, иди спать! Некогда мне с тобой возиться и объяснять, откуда берутся дети.
Элизабет убежала в спальню, и в комнате осталась только Катерина.
− Ну, госпожа, Вы сегодня прям в ударе, − ворчала служанка, расстёгивая на Диане корсет. − Я диву давалась, слушая, как Вы язычком-то всех обихаживаете! А пили вроде за ужином немного.
− Молчи, несчастная! − провозгласила фрейлина.
− С чего бы мне молчать? Небось, королева на Вас изволили злость сорвать, вот Вы и беситесь, − продолжала та.
− Не беспокойся, Ева мне не страшна, − усмехнулась Диана.
− Значит, госпожа Инсара опять недовольство проявила. Она ведь покоя себе не находит, с тех пор как узнала, что здесь гости из Мроака − кудахчет и кудахчет, кудахчет и кудахчет, сил нет слушать!
− Она за это деньги получает, так что пусть поворчит старушка.
− Будь моя воля, я бы этой ведьме и гроша ломаного не дала, гнала бы старую взашей из дворца. Повадилась зудеть, карга! − возмущалась Катерина.
− Послушай-ка, милая, разбуди меня завтра пораньше, часиков в шесть, − помолчав, сказала Диана. − И без лишнего шума, ясно? Хочу прогуляться в одно место.
− На свидание, госпожа? − хитро улыбнулась девушка.
− Ничего от тебя не скроешь, плутовка.
− У Вас новый поклонник, мисс?
− Маленькая тайна, − Диана улыбалась, но в её голосе чувствовалась напряжённая нотка; впрочем, чтоб различить её, требовалось более чуткое ухо, чем у Катерины, которая продолжала хихикать и вертеться возле хозяйки.
Ева-Мария открыла глаза, привычным движением потянулась к колокольчику, но внезапно передумала, и её рука опустилась на шёлковую гладь подушек. Королева улыбалась: она пребывала во власти чудесного сна, чьи нежные отголоски ещё звучали в её голове. Некоторое время она лежала, продолжая грезить наяву, потом сладко потянулась и выбралась из кровати. Подбежав к окну, она отбросила толстые шторы и вышла на балкон. Холод раннего утра обжёг её тело; она переступила с ноги на ногу, глубоко вздохнула и прильнула к перилам.
Сад был расцвечен нежными красками эриданской осени. В бледных лучах утреннего солнца золотились кроны деревьев, порхали птицы, роняя на землю крошечные огоньки листьев, таинственно белели статуи возле затихших фонтанов. По широкой парковой дорожке с заиндевевшими клумбами прохаживались две тёмные фигуры. Около большого фонтана они остановились, чтоб заглянуть в опустевшую чашу; внезапно один из них повернул голову и заметил Еву-Марию.
− Кажется, я вижу на балконе принцессу. Давай пожелаем ей доброго утра.
Другой проследил за его взглядом и сказал, отряхивая одежду:
− Не пялься на неё, Колз, вдруг с перепугу выпадет вниз.
− Я поймаю.
Прохладный ветерок донёс до королевы отзвуки смеха. Она свесилась вниз и звонко крикнула:
− Кто это там веселится?
− Два одиноких эдлера, − долетело из сада.
Ева-Мария с любопытством вслушалась в сочный жизнерадостный голос мроаконца.
− А что вы делаете в саду?
− Удачу ждём. Спускайся к нам, красавица.
− Вот ещё! − насмешливо ответила девушка и, ёжась от холода, отступила назад: она лишь сейчас сообразила, что на ней нет одежды. В спальне принцесса наткнулась на служанку, протиравшую пыль с зеркал и мебели.
− Ваше Величество уже изволили проснуться? − разинула рот женщина.
− Приготовьте платье и завтрак! − приказала Ева-Мария, направляясь к дверям.
