− Вы ничего не понимаете в музыке! − вспыхнула демуазель. Румянец делал её неотразимой − он так шёл к цвету платья, что другие мужчины оборачивались и с восхищением смотрели ей вслед, хоть это и не нравилось их дамам. − Наверное, Вы большой ценитель пиранийских вальсов и полек?
− Всё лучше, чем приседать в бесконечных поклонах.
− У Вас, судя по всему, ножки подкашиваются?
− Они-то в порядке, зато нервы вот-вот сдадут. Я уже устал от вас… Хоть бы одна дала!
Шумная толпа гостей высыпала в сад посмотреть на салют, разъединив их. В этот момент мужчина в чёрной маске протолкался вперёд и пригласил девушку на танец. Кавалер оказался весьма назойлив: протанцевав с ней несколько раз, он сопроводил даму к столу, где, снисходительно слушая её болтовню, всё подливал и подливал вина, пока барышня совершенно не опьянела. К ним присоединилась ещё одна кокетка, и мужчина, фамильярно обняв обеих спутниц, повёл их на второй этаж. Миновав пустой коридор с тёмными зеркалами, он воровато огляделся и втолкнул одну из девушек в небольшую, хорошо обставленную комнату с пылающим камином. Несколько старинных кресел, причудливые старые часы и мягкий диван придавали помещению уютный вид. Узкое окно было завешено шторами, в каждом углу горело по светильнику, а правая стена была скрыта мягкой драпировкой, расшитой сценками из рыцарских времён.
Щёлкнул замок, и девушка была прижата к двери. Быстрый жаркий поцелуй обжёг ей губы, голова у неё закружилась, и она почти без сопротивления отдалась в руки незнакомца. Наваждение было столь сильным, что она пришла в себя лишь в тот момент, когда с её плеч стало сползать платье.
− Это уже слишком! − пробормотала миледи, вырываясь из его страстных объятий. − Вы много себе позволяете, милорд посол!
− Дорогая королева, ночь почти на исходе, мы не должны терять времени.
− О господи! Как Вы проникли на праздник? − бледнея, воскликнула она.
− Меня привела любовь, − и он вновь прижал её к себе.
В голове у неё затуманилось, и невнятным, задыхающимся голосом девушка прошептала:
− Разве такое возможно?
− Ты мне не веришь?
− Постойте, что Вы делаете?
− Вечер глупых вопросов. Неужто я должен комментировать каждое своё действие?
− Это был не вопрос, а возмущение Вашими… нахальными… поступками… − временами ей было трудно говорить. − Я позову на помощь!
− Кричи сколько угодно, крошка, внизу скрипят волынки, всё равно никто не услышит. Признайся, ты хочешь этого так же сильно, как я, − он с ухмылкой коснулся рукой её щеки, а потом шеи.
− Ничего я не хочу, тем более с таким негодяем, как Вы!
− С влюблённым негодяем, ты хотела сказать?
Девушка была слишком растеряна, чтобы собраться с мыслями и дать серьёзный отпор.
− Отпустите! − крикнула она, когда незнакомец подхватил её на руки и понёс к драпировке.
− Хватит играть в недотрогу, детка, − с усмешкой ответил тот. − Зачем долго ждать и всё усложнять? Не каждый день я могу ездить на свиданья в Эридан.
Он дёрнул за золотой шнурок, и перед ними открылся уютный альков с большой кроватью.
Пробуждение было мучительным: сквозь туман головной боли с трудом пробивались путанные воспоминания о вчерашнем дне. Тело ломило, не было сил ни встать, ни пошевелиться. Ева-Мария разлепила сухие губы и чуть слышно произнесла:
− Мари, ванну!
"Сколько же я выпила?" − с содроганием подумала она. Поскольку на зов никто не явился, девушка потянулась за колокольчиком и удивилась, не найдя его в привычном месте. Простыни казались ей грубыми, от них странно пахло. Воздух был застоявшийся и душный, камин погас, и свет ночника слабо освещал незнакомую комнату, хотя за шторой давно угадывался рассвет.
И ещё… рядом с ней кто-то лежал.
− Боже, − слабым голосом выдохнула Ева-Мария, когда её пальцы коснулись обнажённого мужского торса.
− Я не претендую на столь высокое звание, − сквозь зевок отозвался знакомый голос.
− Это сон? − девушка, не веря в реальность происходящего, притронулась к его лицу. − Что Вы делаете в нашей спальне, принц?
Молодой человек отмахнулся, сбросив её пальцы.
− Это комната для романтических свиданий. Сюда приходят, чтоб заниматься любовью.
− Вы и я? Невозможно!
− Глупо отрицать очевидное, лёжа в одной постели, − он с усмешкой протянул руку и щипнул её за бедро. Издав возглас, Ева-Мария отпрянула назад и свалилась с кровати.
− Где наши вещи? − полным стыда голосом спросила она.
− На полу. Впрочем, не все, − принц пошарил рукой и поднял в воздух разорванные панталоны. − Кое-что я сохраню как трофей.
Королева на ощупь отыскала разбросанную возле кровати одежду. До этого ей никогда не приходилось одеваться самой, и она, чуть не плача, тщетно пыталась натянуть на себя платье. Корсет, оборки, рукава, шнурки, корсаж − всё путалось в её неумелых руках.
− Ничего-то ты не умеешь, крошка, − насмешливо сказал Лотар, наблюдая за неловкими движениями принцессы.
− Могли бы и помочь! − девушка покраснела как вишня.
− Могу, но не хочу. Проси, умоляй, плачь − и, может быть, я снизойду.
− Непонятно, что Вы о себе возомнили, − жалобно проговорила она: никогда прежде ей не доводилось терпеть такого унижения.
