Вскинувшись, они обернулись.
– Что это?! – вскричала Аиша.
– Я не хочу знать. Бежим!
Ускорив шаг, мы на большой скорости проследовали естественными изгибами Лабиринта. То неведомое, что было под песком, тоже набрало скорость, однако нагнать нас не сумело. Пока не сумело.
Я отважился бросить взгляд назад и теперь ясно разглядел угрозу. Чёрные змеи вырывались из песка со злобно раззявленными ртами. Их красные глаза сверкали, будто рубиновые, и, казалось, кровоточили. Тропа, по которой мы следовали, разветвлялась: налево, направо или прямо. У нас не было времени на размышления.
– Казем! – закричал я.
– Направо! – крикнул он.
Терновник выметнулся из-под земли, как ножи, преграждая путь. Аиша потянула меня назад, но недостаточно быстро, и один из шипов скользнул вдоль моей ноги, едва не ссадив кожу.
Казем, Райан и Таран оказались все вместе по другую сторону быстро растущей чащи терновника.
– Амир! – закричал Таран.
Я пинал плети терновника, но те не поддавались.
Аиша налетела на меня и прижалась всем телом. Змеи алчно мчались по песку прямо к нам. Я даже не сомневался, что они были смертельно опасны. Мы оказались в западне между узкими каменными стенами и терновником.
Я схватил её за руку и потащил в другую сторону, хотя и знал, что уже слишком поздно. Аиша тоже знала это. Она вырвалась и повернулась, дабы встретить опасность лицом к лицу.
– Что ты делаешь? – закричал я. Змеи были ещё метрах в пяти, но она повернула назад. Она бежала прямо в западню.
Аиша мельком оглянулась на меня.
– Убирайся отсюда!
Четыре метра.
Как мило, она была готова пожертвовать своей жизнью.
Три.
Я хотел бежать. Почему мои ноги отказывались сдвинуться с места?
Два.
Аиша подняла руки. Один из воронов вырос до размеров хищной птицы и спикировал к змеям. Его когти вспороли песчаные тела тварей, уничтожая их. Змеи, шипя, распались.
Ворон, снова уменьшившись до своего нормального размера, лежал без движения. Наступила тишина. Где-то вдалеке Таран выкрикнул моё имя.
– У нас тут всё хорошо! – крикнул я, надеясь успокоить брата.
Опустившись на землю, Аиша не сводила глаз с безжизненной птицы. Она использовала Мёртвую магию, чтобы спасти нас. От осознания этого у меня закружилась голова. Пожалуй, я не мог смириться с тем, что она сделала что-то хорошее.
– Нам нужно вернуться, – сказал я.
Она посмотрела на меня и кивнула. Когда я подошёл к ней, мои ботинки погрузились глубже в песок. Аиша вскочила на ноги. Она тоже это почувствовала. Птица потонула в песке. Позади меня на некотором расстоянии почва по-прежнему выглядела твёрдой.
– Туда, – сказал я. Мы бежали, пока почва не стала опять твёрдой. Я огляделся вокруг. Терновник вырос поперёк тропы, оставшейся у нас за спиной.
Таран. Пути к нему больше не было.
Аиша охнула:
– И что теперь? Тропа перекрыта.
– Дорога позади нас отрезана. – У меня горели лёгкие. Я опёрся о стену и попытался не задумываться, что это значило.
– Остальные?
– Мы найдём их, – сказал я. – Наши пути снова пересекутся.
Впереди нас ждала длинная дорога, исчезающая в тумане. По крайней мере у нас были еда, вода и палатка. Что бы ни случилось, я найду дорогу обратно к Тарану.
– Спасибо тебе за то, что сделала. Ты спасла нас, – сказал я. Только теперь я почувствовал жжение в ноге. По-видимому, терновник всё же поранил меня.
Она пошла вперёд, не глядя на меня.
– Я обещала себе, что больше никогда не буду этого делать.
– Ты боишься Чёрного сердца. – Я постарался говорить с сочувствием в голосе. Как ни крути, нам придётся выносить общество друг друга, пока мы не отыщем остальных.
– Я знаю, что ты думаешь. Ты размышляешь, отчего я не тревожилась о таких вещах, когда решила помочь Сахиру.
– Должно быть, у тебя хорошая причина. Не важно. – Я попытался говорить так, будто мне всё это было безразлично. На самом же деле моё сердце кричало, требуя правды и искупления. Неужели я воспылал чувством к чудовищу?
Её молчание раздражало меня. Я уже почти хотел, чтобы она разозлилась на меня. Что угодно было лучше этого молчания. Мы шли дальше, не говоря ни слова. Проходили часы, но не было ни следа остальных.
– Ты не видел флаконы? – неожиданно спросила Аиша. – В Лабиринтовых играх зелья сбрасывали вниз, чтобы звери могли появиться. Эти змеи… кажется, будто они просто были тут.
Я нахмурился.
– Я тоже ничего не видел. – Как Мастер манипулировал своим Лабиринтом? – Его магия как будто возникает из ниоткуда. Это невозможно.
Стены раздвинулись, и проход стал шире. Мы вышли на прогалину.
– Я думаю, нам стоит поставить палатку, – сказала она.
– Я хочу как можно скорее найти брата.
– Ты хочешь испытать судьбу в темноте? Амир… Этот Лабиринт опасен даже при свете дня. Продолжать путь в подобных обстоятельством – это безрассудство.
Вздохнув, я остановился и огляделся вокруг. Деревья, каменные стены и во́роны.
– Хорошо, – неохотно согласился я. – Мы поставим палатку.
Она опустила рюкзак на землю и с сомнением посмотрела на песок.
– Я надеюсь, палатка не утонет в песке до утра.
– Вот поэтому один из нас останется бодрствовать.
– Мы сменим друг друга? – Она улыбнулась. – Хорошая мысль.
