Ну кстати, да. Сотрясение было бы вообще не в кассу. Оно, собственно, всегда не в кассу. Ярослав осторожно сел, попытался припомнить, что он там знает о симптомах сотрясения. Слабость — этого добра было хоть отбавляй, но это так себе симптом. В глазах не двоится, тошноты нет, голова не болит. Болит бедро, плечо, локоть и шишка на голове, а сама голова нет. Сразу, кстати, понятно, как именно упал. Забавно.
— Да все со мной нормально, Рита. Не волнуйся. Ну хочешь, я дойду домой и позвоню тебе, доложу, что добрался?
Так, нет, он что-то не то говорит, только что ведь собирался сворачивать общение с ней. И вместо этого он берет ее телефон — сильный ход, что и говорить! Молодец, Быстрицкий, логичен и последователен.
— Я бы хотела, но… я забыла телефон дома, — сказала Рита с таким несчастным видом, что он ей почти поверил. Почти. Он ведь услышал эту заминку после «но». Эту маленькую легкую паузу, которую берут, чтобы быстро придумать, что бы соврать. Она не хотела давать ему свой номер. Ну, что ж… обидно, но тем проще.
Ярослав правильно понял, где ему соврали. Но неправильно понял, почему. Просто телефона у Риты не было. Вообще. Не полагалось, да и незачем ей было до сих пор. Телефон был только у пиццерии «Каприччо», и сейчас Рита лихорадочно прикидывала, что сильнее испортит ее и без того ненадежное теперь положение: использование рабочего телефона в личных целях или легкомысленное отношение к состоянию Ярослава. Нельзя не проследить, чтобы с ним все было в порядке! Но и проследить невозможно.
— Это жаль. Ну, тогда придется обойтись без отчетов. Ладно, я пойду, Рита. Спасибо тебе за вечер и за то, что не бросила меня в холодном коридоре.
— Может быть, все-таки дождемся людей из медпункта? Ярослав, ну пожалуйста!
Все-таки удивительно, как она на него влияла. Вроде бы, только что принял решение, сам, в здравом уме. И убедился, что правильно все решил, и даже немного обиделся на Риту. Но она называет его по имени и очень просит — и все, он уже готов идти у нее на поводу. Ну куда это годится?
— Да все со мной в порядке, — отмахнулся он. Не, ну а что? Он железный же, все так говорят. — Пока.
— До завтра! — сказала она ему в спину, и он, наверное, чем-то выдал себя и свои намерения, потому что Рита встревоженно уточнила: — Ты ведь придешь завтра?
— Не знаю, — почти честно сказал он. Он не был уверен, что ему хватит силы воли не приходить, но собирался сделать для этого все возможное. — Постараюсь, но боюсь, что не получится. Извини.
Вряд ли она будет долго страдать по этому поводу. Ну, денек-другой еще, может быть, будет ждать, но не дольше. Так он думал. И в общем, если бы не некоторые обстоятельства (начиная с белых цветов и заканчивая тем, что происходило, пока он лежал без сознания), был бы совершенно прав.
— Я чем-то тебя обидела? Что-то сделала не так? — настолько простодушно спросила она, что у него чуть сердце не оборвалось, но Ярослав нашел в себе силы обернуться, улыбнуться ей и сказать:
— Ну что ты. Просто завал на работе. И сегодня вечером тоже еще надо многое разгрести, если честно. Как-нибудь обязательно увидимся, честное слово. Но вряд ли завтра.
Тут он ошибался, но откуда ему было об этом знать?
Когда по мановению Его руки они все втроем перенеслись в «Каприччо», Рита кинулась на колени, намереваясь вымолить себе прощение, объяснить, что она вовсе не хотела нападать на него, что это обычные ее чары, пусть и сильные, что он должен был сам на нее… Но Он не дал ей сказать ни слова.
— Я знаю, что ты не нарочно, а по глупости. Тем хуже! Ты ведь знаешь, что он твой шанс. Знаешь? — Рита кивнула, зачарованно глядя в Его лицо, неумолимо, неестественно красивое, куда ей самой со всем ее примитивным волшебством. — И ты ради глупой прихоти, ради собственного самомнения готова была отказаться от этого шанса! Вот что бы ты, интересно, делала, если бы он повел себя, как все другие? Поужинала бы, да? Просто сожрала бы того, кто принес тебе белые цветы? — Рита молчала. Оправдаться она не могла. Такую глупость просто нечем оправдать. Она чувствовала, что по ее щекам текут слезы, и никак не могла их унять. — Ты просто съела бы его и отпустила. И тогда он больше не вернулся бы, ты понимаешь это или нет? Ты в самом деле готова была отдать свое будущее — за ужин?
— Я… я не думала об этом. Я вообще ни о чем не думала, я даже про цветы в тот момент забыла, я просто…
— А зря! — громыхнул Он. — Следующий такой, с белыми цветами, когда-нибудь непременно появится, конечно. Еще лет через сто. Или через триста. Когда-нибудь тебе непременно повезет. Ты готова столько ждать ради того, чтобы убедиться, что любой мужчина тебе подвластен? Ты в самом деле настолько идиотка? — Рита только в ужасе мотала головой: она до сих пор не успела осмыслить все последствия, которые грозили ей из-за ее глупости. Снова ждать… опять ждать… еще столько же или даже больше? Опять потерять веру в саму возможность освобождения… Это было настолько… мутно, серо, плотного непрозрачного пыльного серого цвета!..
— Но ведь он же среагировал иначе. Он другой!
