— Я… я бы не смогла, если бы… — Адзисай засмущалась, чувствуя восхищение и гордость, исходившие от Учихи. Он искренне восторгался своей подругой. Однако Яманака, страдавшая от постоянного синдрома самозванца, всё ещё считала, что выиграть смогла лишь благодаря поддержке юноши. Хотя, конечно, доля правды в этом утверждении определённо присутствовала.
— Сейчас уже неважно: если, не если, — передразнивал Обито, — Главное же, что победила!
— Наверное да…
В действительности Адзисай тоже была очень горда тем боем. Но не столько его внешним результатом, сколько большим внутренним достижением: девушка больше не боялась применять дзюцу контроля сознания. Раньше её сковывал непреодолимый страх, стоило только начать складывать печати. Но после той битвы что-то изменилось.
— Так что не отпирайся, пошли на День рождения Рин! А то только со мной и общаешься, так нельзя: нужно и новых друзей находить.
Была бы воля Адзисай, она бы так и общалась лишь со своей семьёй и юным Учихой. Конечно, спустя бесконечные попытки и годы духовных тренировок девушка приспособилась находиться в обществе. Она всё так же читала скрытые чувства людей, но теперь научилась с этим жить, стараясь подавлять все поступающие сигналы. Однако вместе с тем Яманака прятала глубоко внутрь и собственные чувства, а потому почти всем казалась слишком тихой и замкнутой.
— Хорошо, я согласна, — всё-таки сдалась она.
***
День рождения в данном случае не подразумевал какого-то шумного празднества: у шиноби было слишком много других забот. Однако Нохара предложила команде собраться в местной закусочной и просто приятно поужинать.
— Рин, мы пришли! — Обито сразу привлёк внимание зевак, сидящих вечерком в лапшичной и потягивающих горячую порцию рамэна. Оно и неудивительно, потому как юноша с грохотом вломился в заведение, на ходу чуть не уронив огромный букет васильков.
— Как всегда опаздываешь, — отчитал его шиноби с серебристыми волосами, торчащими на макушке.
— А ты как обычно всем недоволен, — Обито по-детски скорчил рожицу, затем повернулся к девушке и подарил ей насыщенный голубой букет.
— Спасибо, Обито…
Глядя на эту почти дружескую перебранку, Адзисай стало некомфортно. Она итак не слишком поддерживала идею заявиться на праздник малознакомой ниндзя, так ещё и сразу же ощутила себя лишней. Девушка хотела поскорее закончить и вернуться в родную цветочную лавку, где снова будет перебирать прекрасные розы, пионы и составлять букеты… из васильков. Конечно же букет для именинницы был куплен в магазинчике Яманака.
Адзисай всю дорогу настороженно косилась на благоухающую охапку. Обито, будто нарочно, выбрал самый противоречивый цветок. «Не смею выразить свои чувства» — вот, что он означал. С одной стороны, васильки могли дарить в знак дружбы{?}[Автор — ни разу не флорист, поэтому мои знания на эту тему ограничиваются только информацией из Интернета. Если есть какие-то неточности в трактовках значений цветов, то спишем их на художественный вымысел :))], а с другой… Эти мысли не давали покоя даже тогда, когда ребята уже сели в забегаловке и сделали заказ.
— Какаши, ты даже сейчас не будешь снимать маску? — юный Учиха возмутился и вперил в собеседника прожигающий взгляд.
— Я сыт, так что не буду есть, — холодный, беспристрастный ответ.
— Тогда чего ты притащился? — Обито очевидно не отличался большим терпением.
— Потому что Минато-сэнсэй сказал, что это часть задания.
— Т-ты, мелкий!
— Мы с тобой одинакового роста, а по статусу я выше{?}[На тот момент Какаши уже был дзёнином (джоунином).].
Учиха что-то ворчал, а Хатаке оставался таким же невозмутимым. Адзисай, молчаливо сидевшая напротив и глядевшая на происходящее немного исподлобья, всё-таки заглянула в тёмные глаза Какаши. Девушку передёрнуло. Яманака бессознательно прижалась к Учихе, схватив его за рукав синей куртки.
— Адзисай, с тобой всё хорошо?
Она не ответила, но тонкая рука немного подрагивала.
— Так, ребята, хватит, — строгим, почти родительским тоном скомандовала Рин, — Прости, что так вышло, Адзисай.
Шиноби обратилась к растерянной Яманаке, дружески обхватив её ладонь своей. Нохара мягко улыбалась: она искренне переживала, что смутила гостью неприятной перепалкой сокомандников и по-настоящему хотела, чтобы ребята нашли общий язык. Адзисай сразу же считала эти эмоции — на душе стало теплее и спокойнее, будто добрая девушка окутала её своим светом. Дальнейшие посиделки продолжились без приключений.
***
— Адзисай, — обратился Обито к подруге.
Деревня уже уснула и только кварталы ресторанчиков и других подобных заведений пестрили броскими огнями. Заботливый Учиха не мог позволить девушке добираться домой одной так поздно, даже если та была уже квалифицированным шиноби. Так, двое медленно брели по очередной улочке, освещаемые звёздами ночи.
— Что такое?
— Сегодня в лапшичной. Ты будто чего-то испугалась и кинулась ко мне. Что это было?
— Это… — девушка понимала, что Учиха обязательно расспросит её о произошедшем, но так и не знала, как лучше объяснить случившееся, — Он пустой…
