Человек повиновался. Это был старик с почти детскими, блестящими глазами, оспинками на впалых желтых щеках, сильными жилистыми руками. Одет он был в старые крестьянские штаны, посеревшую льняную рубаху и изодранный армейский разгрузочный жилет, измазанный землей.
Старик обреченно отбросил винтовку. Он смотрел в землю, видимо, готовясь к смерти. Со стороны строений послышалось несколько одиночных выстрелов. Пули звякнули о броню танка. В ответ загрохотала пулеметная очередь. Выстрелы затихли…
Держась за спину, пленный опустился на колени, при этом чуть не упал ничком вниз. Джерри, осторожно приближаясь к старику с винтовкой наперевес, не замедлил радировать:
- «Синий», это Джей! Докладываю, сэр! Ворвались на территорию противника, захвачен один пленный! Могу сказать, что сопротивление подавлено. Веду допрос пленного, сэр! Есть, сэр!
Сержант подошел к старику, целясь ему в голову. Зашел за спину, обыскал, убедился, что пленный не приберег связку взрывчатки под рубахой. А потом толкнул в спину коленом. Старик полетел на землю.
- Эй, сержант, ты что делаешь?! – возмутился Тенгиз. – Он тебе в отцы годится!
- В отцы?!! – завизжал Джерри. – Эта вонючка чуть не продырявила меня, и вас заодно, ранила нашего бойца, а я должен ему почести оказывать?!! Руки за голову, мразь!!! Кто еще в твоем сраном кемпинге живет? Кто стреляет?!!
- Убейте меня! – просил старик. – Убейте меня, только не трогайте сыновей!
- Ты здесь главарь? Если хоть один козел еще выстрелит в нас, или взорвет хотя бы одну мину на холме, я все здесь разнесу, понял?! Понял, я спрашиваю?!
- Вы же сказали, что у меня есть время до завтра?! – умолял пленник.
- Эй, сержант, отпусти деда! – потребовал уже Керим. – Не по понятиям старого человека ногами попирать! Хоть пристрели, но на земле не валяй!
- Отвали! – крикнул Джерри! – Ты что, старик, спятил?! Мы что, уже виделись?!
- Обожди, Джерри! – вмешался уже Сергей. – Он подошел к бедному старику, присел на корточки. – Послушай, дедушка, а ты нас ни с кем не спутал?!
- А кто вы?!..
…Глядя на строения фермы, бойцы экспедиции внутренне восхищались упорством и трудолюбием людей, сумевших создать свой островок жизни на этой покинутой, обезлюдевшей земле, на пологом горном склоне. К большому, старому дому фермера примыкали несколько сараев, сооруженных из всякого-разного строительного мусора, коровник, конюшня, построенные на фундаменте старых, брошенных когда-то строений. Из этих неказистых, неуклюжих домиков слышалось мычание и ржание, тянуло навозом… Вот остов старого «Икаруса» без колес, используемый как парник. Справа от дома, - нерабочий мини-трактор «Беларусь». И дальше, вниз по склону, почти до самой автотрассы, - грядки, делянки, зеленеющие участки, оснащенные хитроумной системой полива. Еще какие-то механизмы, собранные фермерами из автомобильных запчастей. Земляные валы, насыпи, завалы на границе владений старого труженника. Трудно было представить, что все это было сделано руками одной фермерской семьи, пусть и большой, пусть и за долгие годы.
Будто колокольня, тянулась в небо силосная башня, которой было уже, наверное, лет сто. На площадке башни сейчас расположился боец с биноклем, обозревающий подходы к ферме. Рядышком торчал самодельный флюгер и несколько ветряков. Еще один ветряк валялся на земле, перепиленный очередью американского зенитного пулемета.
Трудно было понять, рад, или расстроен старик тому обстоятельству, что на его ферме появилось такое количество гостей. А с ними пулевые отверстия на стенах, огромная воронка от разрыва танкового снаряда, уничтожившая одну из грядок, выбитые стекла в домах, и без того на ладан дышащих.
Сейчас справа от дома бойцы натягивали сеть над могучими танками. Бронетранспортеры разместили около коровника, за что американцы потом сказали отдельное «спасибо» своему командиру-соотечественнику. Все свободное пространство, все площадки были заняты армейской техникой, у которой хозяйничали американцы.
Сыновей фермера, здоровенных молодых парней двадцати – двадцати пяти лет от роду, распределили по машинам, где бойцы-грузины «снимали показания». Парни угрюмо смотрели на своих «мучителей», ожидая от них всякого подвоха.
…Сергей и Тенгиз курили невдалеке от дома фермера. Тенгиз со смаком втягивал ароматный дымок через трубку, привезенную Сергеем из Цхинвала.
- Хорошая трубка, Серго! Спасибо, брат, это же надо так с подарком угадать!
- Всегда пожалуйста! Если еще понадобится, мастер в Нальчике проживаем! Съездим туда, закупим штук сто, потом продавать будем!
- Нет уж… Нас еще в Цхинвали завернут, и эти трубки забьют в одно место! Хотя, если у тебя там друзья… И раньше-то к вам, в Россию хрен приедешь, а сейчас-то и вовсе, будто на другой конец Земли ехать! До Тбилиси-то доехать не можем!
Из дома фермера вышел сержант Джерри, серый от злости.
- Джерри, давай к нам, подруливай! – позвал его Сергей. – Курить будешь?
