- Вот так и живем! – улыбнулся Столяров. – По нынешним временам не так уж плохо!
- Богато живешь, майор! – удивился Сенцов. – «Абсолют?!» Ё-моё!!! Оригинальный? Или самопал?
- Оригинальный! Самый что ни на есть оригинальный! В свое время выменял!
- Так ведь и мы не с пустыми руками! Серега, снаряды!
Сергей извлек из широких карманов две пол-литровые бутылки семидесятиградусной настойки. А Сенцов достал из сумки немаленький кусок свиного сала.
- Ох, шикарный у нас ужин! – Столяров потянулся к тумбочке, достал оттуда три граненых стакана. – Присаживайтесь, чувствуйте себя как дома.
- Наливай, хозяин. Из начальства-то никто не нагрянет? Чтобы тебя в неловкое положение не поставить?
- Все нормально. Ну что, сначала водочки?!
Прозрачная огненная жидкость полилась в стаканы. Сергей нарезал сало, разложил на куски хлеба. «Снаряды» с «семидесятиградусной» пока положили в холодок, про запас.
- Что ж, не буду оригинальничать, - Дмитрий поднял стакан. – За встречу, мужики!
Мягкий огонь полился в горло. Сергей старался особенно не кривиться, чтобы хозяин не обиделся. Водку он ненавидел. Выпив, Сергей тут же отправил в рот огромный кусок хлеба с салом. А Сенцов залпом хряпнул свой стакан и будто не заметил его.
- Закусывай, Юрий Николаевич, - предложил Столяров.
- Благодарствую, - расплылся в улыбке Сенцов. – Да только я после первой не закусываю!
Компания дружно загоготала. Дмитрий, поняв намек, без слов наполнил тару новой порцией.
- Ну за что второй пьем?
- Давай за то, мы живы, и что вместе с нами жив еще русский язык, - предложил Сергей.
- Во, загнул! – улыбнулся Сенцов.
- А что? Хорошо сказал! – одобрил майор.
Выпили по второй. Закусили. Потом Столяров просил:
- Мужики, меня любопытство распирает! Про себя Сергей мне рассказал. Такая романтичная история в стиле: «Занимайтесь любовью, а не войной». Серега, ты случайно до войны в хиппарях не ходил? Нет? Как в книжке. А ты-то, Николаич, как в Грузию попал?
- А у меня история немного похожая. Я-то сам челябинский. И вот моя дочка в грузина втюрилась. В студента. Коте его звали. Костя по-нашему. Я-то поначалу против был, чуть ли не костьми был готов лечь. Но понял, что у них вроде как все серьезно, да и парень был толковый. Я и ушел с дороги, не стал мешать. – Рассказывая это, Юрий Николаевич заметно помрачнел, отводил взгляд.
– Поженились они, уехали в Грузию. В Батуми жили. Внучата родились. К себе меня пригласили. Приехал я к ним, посмотрел, как живут, - вроде все чин чинарем, зять зарабатывает, на жизнь хватает, Надюша довольна. Дети у них подрастали. Близнецы… Сашка и Ниночка. Тут первая война в 2008 году. Я с ними остался. Потом, когда все стало успокаиваться, хотел было домой, да где там… Граница закрыта. Посольство эвакуировали, даже не посмотрели, что еще куча русских в Грузии осталась. Выбирайтесь, как хотите. Хорошо еще, что грузины простых людей наших не трогали, даже помогали. Ну вот, продал я квартиру в Челябинске, да и остался в Грузии. Под боком у молодых доживать, внучат нянчить. Вот… А за два дня до ядерной они меня попросили в Хашури съездить. Коте «тачку» купил по Интернету, а сам не мог забрать, работал. Ну, я и вызвался перегнать. На вокзале они меня провожали, Надюша такая веселая была… А через два дня… Извините, сынки, дальше не буду рассказывать, ладно? Сердце что-то расшалилось…
Старик прикрыл глаза ладонью, будто закрываясь от света. Столяров сконфужено сказал:
- Извини, пожалуйста, Николаич. Я виноват, не стоило… Я-то бездетный, а с женой развелся за год до Войны… Если плохо, давай фельдшера позову?
- Да нет, нормально… Наливай лучше… У тебя курить можно? – Юрий Николаевич достал из кармана коробку с самокрутками.
- Конечно, о чем разговор! – Дмитрий уже разлил водку по стаканам.
- Ну, мужики, давайте… За всех тех, кто уснул навеки…
Трое мужчин встали, взяли стаканы, и выпили, не чокаясь, по старому обычаю. Свет лампы заволокло табачным дымом. Двое офицеров замолчали, будто бы вспоминая павших поименно. Повисла давящая, тоскливая тишина.
Сергей не знал, что сказать. Да и не стоило пока наверное ничего говорить… Он достал из кармана купленную рубку в виде дракона, набил ее табаком, закурил. Вскоре все вновь присели. Столяров принялся раскладывать по жестяным тарелкам теплую вареную картошку.
- Серега, а что это у тебя за сувенир? – спросил Сенцов. – Ну-ка, хвастайся! Где взял?
- Купил на рынке, - недоуменно ответил Сергей.
- У Курбана что ли? – поинтересовался Дмитрий.
- Да. Ты его знаешь?
- Конечно. Он всем нашим старшим офицерам трубки свои уже втюхал! Говорят, хорошие. Только не накуриваешься совсем.
- Это уже от табака зависит. Бывает такой, что одну тягу сделаешь, - и все, завис! – засмеялся Сенцов.
- Ну это уже не от табака, а от махорки, - поправил Дмитрий.
- Да один хрен! – махнул рукой Сенцов. Мы что только не курим! Зачастую одно только название, что табак!
- Курить вредно! Пить полезно! – поучающе сказал майор.
- Так наливайте. Вон, на донышке уже осталось.
- Слушай, а в чем твои ребята накосорезили? – спросил Сергей. – Помнишь, ты на рынке сказал?
