– Да, – кивнула Сина. – И будь Валсар хотя бы лет на десять старше, сейчас Кергаром правил бы Андер Ренир. Только Его Величеству шёл всего пятьдесят шестой год, а Андер не хотел власти. В юности сложно смириться с тем, что твои мечты пойдут прахом, а он уже тогда был сильно увлечён наукой. Кергар получил бы посредственного императора и лишился талантливого учёного. Валсар это понимал. Ему стали настоятельно намекать на повторный брак, он покорился. Выдержал год траура и женился на Лирине Керон. Исключительно ради наследника.
Она замолчала. Пальцы теребили оборку на жакете.
– Лирине тогда исполнилось двадцать четыре. Тихая, кроткая, замкнутая девушка из тех, что все свои чувства держат в себе. Ей велели выйти за императора – она вышла. Забеременела она практически сразу после свадьбы, а через девять месяцев замужества умерла родами. Порок сердца, о котором не подозревали ни она, ни её близкие. И доктора прохлопали – Лирина прекрасно выглядела, отлично себя чувствовала, ни на что не жаловалась.
– Бедный ребёнок, – выдохнула я.
– Поняли? – Сина грустно усмехнулась. – Не сын от любимой женщины, не утешение, данное Всевышним после смерти жены, а результат удавшегося плана. Наследник империи. Ни одного родного человека рядом, зато десятки воспитателей, потом учителей, которые каждый день внушали мысль: ты рождён ради блага Кергара. Никому не нужен сам по себе, никого не интересует, что у тебя внутри. Твои интересы и склонности – досадная помеха.
«Если честно, то я толком не знаю, что предпочитаю. Проще сказать, что я не люблю. Вам серьёзно это интересно?..»
Ровный голос Бергана, прозвучавший в воспоминании, заставил зажмуриться – и одновременно я будто прозрела. Император Кергара был рождён ради долга, рос ради долга и теперь жил ради долга. Он просто не знал, что бывает иначе. Ему не позволили это узнать.
– Илайя! – ахнула Сина. – Вы плачете?!
– Я… – голос сорвался. – Я не понимаю. Дочери лоу тоже рождены с определённой целью, никто этого не скрывает. Но нас любят, Сина. Балуют, оберегают. Воспитывают с сознанием, что каждая девочка уникальна.
– Да какая разница! – компаньонка порывисто всплеснула руками. – Неужели вы до сих пор не поняли, почему вам так симпатизирует Бришар?! Вы же – копия Бергана в женском облике! Долг для вас превыше всего! Всевышний, вы же даже глядите одинаково, наверное, и думаете похоже. Только вы стараетесь выискивать в своём положении хорошие моменты, а Берган настолько отчаялся, что и не пытается уже.
«Мы похожи, – повторила я мысленно. – Поэтому я так хорошо его понимаю. Но разве долг отменяет понятие счастья? Можно жить для страны и любить семью. Мужа, жену, детей. Разве поддержка близких не помогает? Но это сложно объяснить словами – необходимо доказать на своём примере. Если Берган убедится, что мне важен он – не как император, а как человек, мужчина, личность – он поверит».
Очевидно, Сина сожалела о своей вспышке. Она выскользнула в уборную, я опять подошла к окну. Яркие пятна фонарей расплывались в вязкой темноте, шум ливня заглушал звуки.
Капли на моих щеках были просто продолжением дождя.
Стук в дверь я еле расслышала.
– И что мне с вами делать? – проворчал Бриш. – Илайя, я же просил: никогда не открывать самой!
– Императрице невместно? – хмыкнула я.
Сильная рука с неизвестно откуда взявшимся ножом застыла в дюйме от моей груди.
– Так доходчивее? – он вздохнул. Нож исчез так же неуловимо, как и появился. – А я не профессиональный убийца, всего лишь старый хрыч с ноющими суставами.
Не фыркнула я лишь потому, что не позволило воспитание.
– Смейтесь-смейтесь, – Бриш указал головой на диван. – У тех парней, что задержали благодаря вам, ножички были почище моих. Причём из усовершенствованной керамики, чтобы обойти металлоискатель. Отличнейшее устройство, даже на коронки в зубах срабатывает. Но керамику, ещё и в пластиковых чехлах, пропустил.
Я села первой. Глава тайной службы устроился рядом. Проводил взглядом Сину, которая без лишних просьб скрылась в своей комнате, и лишь потом заговорил:
– Ребятки наши не простые. Оба воевали, озлоблены сверх меры. Признались в том, что готовили покушение. Мечтали пырнуть меня или Ани, а если повезёт, то и самого Берга. Улики собирались подбросить князьям. Мол, те обозлились на отказ.
– Князья в Кергаре всего день, – заметила я. – Слишком мало времени для того чтобы продумать план, достать форму, подменить настоящих охранников.
– Умница, – устало похвалил Бриш. – Князья – это и есть незапланированный удачный момент. Изначально обвинить хотели вас, Илайя. И нож нашли бы в вашей спальне, ради чего подкупили одну из служащих.
– Кого? – озноб пробежал по спине.
– Льену Ти́шию Бéрен. Такая рыженькая девочка, на лисичку похожа… Не помните? Тогда и не вспоминайте. Вы её больше не увидите. Цена человеческих жизней и военного конфликта – сто пятьдесят тысяч реалов.
Его передёрнуло.
