— Привет, шериф! — позвал его Том.
Деметри, увидев друга-американца, криво улыбнулся, потускневшие глаза его ожили. Он жестом позвал своих солдат за собой, направляясь к Тому.
Том давно знал Деметри и уважал его, как опытного дельного человека, преданного своему делу. Он сразу понял, что у приятеля дела идут неважно:
— Как ты, шериф? Как у тебя дела?
— Спасибо тебе, Том. Более-менее. А ты как? Как семья, как торговля?
— Everything is fine, thank you! — улыбнулся Том. — Ты что такой невеселый, Sheriff?
— Да какой я теперь шериф? — вяло махнул рукой Деметри. — Ненавижу вашего Хунна, Том! Тварь он, скотина гнилая, чтоб его крышей придавило! Драл я его и его отца, и его мать, и весь его род до самого Адама!
— Что тебе сделал наш майор, что ты его так любишь? — удивился Джаспер.
— Ты представляешь, Том, он выпустил из тюрьмы почти всех заключенных! И не просто выпустил, но и раздал им оружие! Он сформировал из них бригаду молодчиков и взял под свою команду! Гвардия, мать его и весь его род! Выпустил уголовников, это ладно, но он освободил и исламистов, которых взяли полгода назад на южной границе! Как можно?! Когда я узнал об этом, я сразу поехал в тюрьму, чтобы застать его. Он даже не стал меня слушать, а когда я все же пробился к нему, он сказал, что с этого момента я — простой патрульный! Я служу в полиции уже сорок лет, и вот так меня под конец службы выбросили на улицу!
Том был ошарашен таким известием. Такого выверта от Хунна невозможно было ожидать. Действительно, если Деметри говорит правду, то дела совсем плохи.
— Не может этого быть…
— Я тебе что, вру?! — вдруг взорвался Деметри.
— Это из-за того, что ты всю жизнь жил сторожевой собакой, — вдруг подал голос задержанный. — А что делают со старым, негодным псом? Выгоняют со двора, чтобы подох на куче навоза!
— Заткнись, Геловани! — проревел Деметри. — Я за себя не ручаюсь!
— Свою жену затыкать будешь, начальник, — издевательски усмехнулся арестант, которого назвали Геловани. — Ты меня пугать собрался? Нашел фраера! Ты всю жизнь легавым псом пробегал, а тебя твои хозяева только пинками награждали! Русским служил, они же тебя на досрочную пенсию проводили! Помнишь, как ты меня еще в Сухуми ловил? Мне-то срок впаяли, а тебе что с меня? Орден? Хрен обачий. Служил Саакашвили, потом вот америкосам, — они тебя все гоняли, как пса шелудивого! Я смеюсь над тобой, легаш!
— Кто это? — спросил Том, глядя на наглого арестанта.
— Геловани, он же «Арбек». Старый вор, я за ним еще в Советском Союзе гонялся! Даже ядерную войну пережил, паразит! На базаре его взял только что!
— Это верно! — Арбек довольно ухмыляясь, принялся разминать руки. Том увидел на его смуглых пальцах тюремные татуировки. — Мы с Деметри старые приятели. Сорок лет он за мной гоняется, а я от него бегаю. А знаешь, почему ты пес, а не человек? Тебя, как барана, выгнали со двора, а ты повыл немного и послушно и побежал, куда отправили, на навозную кучу!
— Я Родине служу! — закричал Деметри. — Чищу ее от таких, как ты?
— Не очень-то это нужно твоей родине!
— Эй, эй, парни, тайм-аут! — замахал руками Том. — А вы на нормальном языке говорить не можете? Вы зачем по-русски ругаетесь?
В пылу спора Деметри и Геловани самопроизвольно перешли на русский. Непонятно почему. Может, потому, что лучшие годы обоих прошли в красной империи, и русский язык был забит у них в подсознании.
— Он прав, Том! — Деметри вдруг сорвал с себя шапку и с силой бросил на землю. — Да пошло оно все! Я ухожу со службы, прямо сейчас! Надоело! Уеду к себе в село! Там осталось еще человек пять, там и доживу последние дни! Эй, ребята! — окликнул он солдат. — Идите в участок, скажите, что старый майор послал Хунна на … и уехал из Хашури восвояси! Вот только вещи соберу!
— Вы серьезно? — не поверил своим ушам молодой солдат.
— Уж куда серьезнее! — Седой полицейский кипел от гнева. — А ты, Геловани, он же Арбек, он же Сухумец, он же Бебе, он же Курбан… Иди на все четыре стороны, я тебя отпускаю!
Солдаты были ошарашены. Но более всех изумился сам вор:
— Начальник, ты серьезно?!
— Серьезно, вали на все четыре стороны! Иди, воруй, грабь, разбойничай! Теперь воры и убийцы правят, а честные служаки никому не нужны!
— Нет, начальник, так не пойдет, — вдруг возмутился Арбек. — Давай, веди меня в тюрьму!
— Не хочу! Тебя отпустили, можешь идти.
— Да подожди ты, Деметри, так дела не делаются! — взмолился старый разбойник. — Как я потом на любой приличной хате покажусь? Что скажу, что меня начальник просто так отпустил? За какие заслуги?! Поймал ты меня на горячем, так и веди, арестовывай! Эй, ты куда, начальник?!
Деметри махнул рукой и пошел в сторону. Геловани пошел за ним, догнал, что-то долго ему доказывал. Потом только махнул рукой, плюнул от досады, затем коршуном налетел на бедных солдат-оборванцев:
— Эй, вы, краснопузые! Давай, веди меня в участок! Не отведете, найду обоих и закопаю! Зубами загрызу!
