– Я уверена, он непричастен к исчезновению секретаря, – продолжала Ольга Никитична. – Он хороший, добрый человек. Эта стерва Зоя специально все подстроила, чтобы оклеветать его, испортить репутацию, навредить…
– Но зачем ей это? Какой мотив?
– Этого я не знаю, но у меня есть предположение.
– Поделитесь.
– Дело в том, что Игнат Угримович – очень вспыльчивый человек, он быстро заводится и уже не может совладать с собой. Я предполагаю, что в порыве ярости он мог сильно оскорбить Зою Ярославовну, а она не простила ему этого.
Полицейский покачал головой.
– Не думаю, что простое оскорбление стало причиной публичного заявления и пропажи человека. Тут что-то более серьезное.
– Разрешите, – раздался звонкий голос и в кабинет вошел еще один сотрудник полиции – молодой парень в форме.
– Вам конверт, – отрапортовал он.
С этими словами он передал запечатанный конверт в руки следователю и поспешно вышел из кабинета. Следователь бросил беглый взгляд на Ольгу Никитичну и распечатал конверт. Достав скрепленные листы бумаги, он несколько минут внимательно их изучал.
– Ольга Никитична, пришли результаты анализов и заключение, – наконец сказал он. – Врач считает, что вашей беременности ничего не угрожает, все показатели в норме. Это немного облегчает обстоятельства произошедшего.
Ольга Никитична растерянно смотрела на полицейского и молчала, а потом вдруг громко хихикнула. Через секунду снова хихикнула. И еще. А потом разразилась громким хохотом. Полицейский с тревогой смотрел на ее нервный смех, после всего пережитого это была ожидаемая реакция.
– Позовите психолога, – распорядился следователь по телефону.
– Какая-то ошибка! Я не могу забеременеть уже много-много лет! Это не мои анализы! Они ошибочные! – сквозь смех говорила Ольга Никитична.
В кабинет быстро вошла психолог и, сев возле Ольги Никитичны, стала тихим голосом ей что-то говорить.
– Не надо меня успокаивать! Я не жертва и не беременная! Я хочу, нет, я требую перепроверить анализы.
– Ольга Никитична, в скором времени мы вас отпустим, вы можете самостоятельно обратиться в медицинский центр и пересдать анализы хоть несколько раз.
– Вас ждет дальнейшая счастливая жизнь, – успокаивала ее психолог. – Скоро полиция определит виновного, дело закроют, все неприятные события забудутся, и вы вернетесь к прежней жизни.
– Разве же можно вернуться к прежней жизни после всего произошедшего? Одна ночь безвозвратно изменила все. Я уже другая и мир вокруг меня – новый, – задумчиво сказала Ольга Никитична.
Психолог еще долго убеждала ее в необходимости увидеть позитивные стороны дальнейшей жизни, но Ольга Никитична уже не слушала ее. Она молчала и думала о своем. Снова и снова она мысленно прокручивала самые трепетные моменты той ночи и понимала, что не хочет о них забывать. Ни с кем другим Ольга Никитична не чувствовала себя так хорошо, как с Игнатом Угримовичем. Пусть он и излишне вспыльчивый, но это с лихвой компенсируется его остальными качествами. К Ольге Никитичне вдруг пришло осознание, что она нисколько не сожалеет обо всем случившемся, хоть это и стоило ей увольнения с работы и общественного внимания. Все эти события поменяли ее жизнь. И хоть Ольга Никитична боялась перемен, в глубине души она их ждала.
– Я хочу сделать заявление, – вдруг решительно произнесла она. – Я хочу рассказать, что случилось той ночью на самом деле.
Психолог настороженно на нее посмотрела, но выражение лица Ольги Никитичны подтверждало твердость ее намерений. В кабинет позвали полицейских и принесли видеокамеру для записи показаний.
– Я, Барина Ольга Никитична, хочу дать показания о событиях, которые произошли ночью на крыше здания корпорации. Нелюдов Игнат Угримович не понуждал меня к действиям сексуального характера, наша интимная связь произошла по добровольному обоюдному согласию. Он не причинил мне никакого вреда. Фотографии, которые попали в сеть и подтверждают нашу связь, сделаны недоброжелателем. Никаких претензий к Нелюдову Игнату Угримовичу я не имею и прошу снять с него обвинения в изнасиловании.
– Хорошо, спасибо вам за показания. Они помогут в дальнейшем расследовании дела. Пока вы можете быть свободны.
Ольга Никитична заулыбалась и уже приготовилась покинуть кабинет, как услышала знакомый голос, раздающийся из коридора.
– Где моя жена? Пустите к супруге!
– Сейчас я выйду! – крикнула она из кабинета, стараясь подавить в себе возникшую неприязнь к мужу.
Ольга Никитична расправила плечи, успокоилась и ощутила контроль над ситуацией. Ей предстоял неприятный разговор с мужем, но теперь она была к нему готова.
– В нашей стране полиция превышает свои полномочия! – кричал взбешенный муж. – Как можно пострадавшего человека насильно увозить из дома? Еще и держать так долго в участке?
– Успокойся, я не пострадавшая.
– Конечно, пострадавшая! Оль, не переживай, мы заявим в суд…
– Не будет никаких судов. Я только что дала показания о том, что моя интимная связь с директором произошла по добровольному обоюдному согласию.
– То есть как? Он тебе угрожал? Тебя кто-то заставил дать такие показания?
